Впечатления: демоверсия Fear Effect Sedna Новости игр — лучшее за неделю Новости ретро-игр — лучшее за неделю «Обзоры Ильи Кролика» — «Меч короля Артура» Анонсирована новая официальная игра про Диззи — её делают русские разработчики
23
КИНО
СЕРИАЛЫ
 
Прямая ссылка на новость:

Реквием по Хэнку Муди

Реквием по Хэнку Муди

Настала пора попрощаться с Хэнком Муди и его бесконечной чередой злоключений – вышла заключительная серия Californication; сериал удивлял и разочаровывал нас в течение, страшно подумать, семи лет.

Талантливый писатель, последнюю книгу которого экранизировали в коммерчески успешный, но идеологически неправильный фильм, теряет любовь всей жизни и цель для дальнейшего существования. Всё это на фоне шикарных интерьеров калифорнийских особняков, райской Санта-Моники и общей меланхоличности обитателей Западного побережья. Разумеется, основной гвоздь программы – огромное количество откровенных сцен. Тут, наверное, следует провести параллели с каким-нибудь Древним Римом в контексте крушения империй из-за разврата и пресыщения богатствами – однако это слишком поверхностное сравнение.

Если бы «Калифрения» завершилась после дебютного сезона, то очевидные достоинства сериала обернулись бы его недостатками. Первые двенадцать эпизодов со счастливым финалом: важная глава отношений Хэнка и Карен становится законченной сюжетной аркой, все довольны и уезжают в закат.

Но у нас на повестке дня реалистичный сюжет про пустые и бессмысленные жизни, а для итогов – особенно счастливых – всегда рано. Со второго сезона герои (в том числе второстепенные) постепенно начинают процесс трансформации в пародии на самих себя. Чарли Ранкл – агент Хэнка и по совместительству лучший друг – из зрелого мужчины со слабостями почему-то окончательно превращается в сексуального извращенца, попадающего в самые идиотские ситуации. Его жена Марси – сначала в наркоманку, а потом просто в крикливую тётку, уставшую от внимания мужиков.

Где-то с этого же момента совершенно невозможно смотреть на основную любовную линию: её участники, словно в страшном сне, из раза в раз переживают один и тот же кошмар. Едва всё нормализуется, как всплывает некое давнее дерьмо, случайно оставленное Хэнком; затем, после калейдоскопа из женщин и алкоголя, Карен всё равно прощает. И так до бесконечности. Где-то у них под ногами вдобавок топчется дочь Бекка – существо крайне раздражающее, на роль которого зачем-то взяли далеко не самую симпатичную девочку с деревянной мимикой. Отцовская линия все семь лет находилась в двух состояниях – папа портачит, а дочурка мудро вздыхает, дескать, ну что поделать с этим дебилом.

Эпизодические герои будто клоны друг друга: продюсеры, рок-исполнители, актёры, рэперы – абсолютно все озабоченные самодуры. На их Олимп карабкаются амбициозные старлетки, порнозвёзды и просто больные хворью «американской мечты». Хэнк Муди с грустным видом наблюдает за творящимся адом и даже не пытается совершать какие-нибудь телодвижения – во все передряги он попадает в пассивном состоянии и лишь из-за того, что окружающие вечно от него чего-то хотят. Срабатывает почти ассоциативная связь со зрителем, находящимся в аналогичном созерцательном положении.

Реквием по Хэнку Муди

Конечно, создатели «Калифрении» грешат самоповторами и напрочь бессмысленными линиями. Ничего хорошего не показали в сезоне, где протагонист устроился преподавателем в университет, – сериал в тот момент скатился до уровня фильмов какого-нибудь National Lampoon. Заключительные эпизоды про внезапного и отвратительного сына-идиота – это ещё большая чушь, которая позорит всё, что было ранее.

Но, что интересно, ужасная неровность сериала и условное отсутствие вменяемого сюжета неплохо символизирует саму жизнь. Лучшие и худшие эпизоды – словно череда неизбежных успехов и неудач; что-то можно смело выбросить и забыть – история Хэнка Муди и его друзей способна показаться чуть более наполненной смыслом; впрочем, от этого восприятие персонажей принципиально не поменяется, равно как и их судьба.

Все мы помним, что жизнь – череда случайных и зачастую бессмысленных событий, которые с трудом укладываются во что-то логичное и завершённое. А вот наши истории из жизни – совершенно другое дело. Мы выдёргиваем из прошлого отдельные эпизоды, придумываем между ними связи, а потом верим в судьбу, божий промысел, карму и прочие метафизические понятия. Так проще и приятнее жить. Наступило счастье? Значит, вы дотерпели до долгожданного счастливого конца. Спустились на самое дно депрессии, и хуже, кажется, уже не будет? Однозначно – скоро начнётся неизбежный подъём из ямы к новым высотам. И плевать на контекст – всё, что за рамками вашей истории, остаётся просто бытовым мусором.

Проблема лишь в том, что ничто не кончается. Состояние завершённости, единственно правильного исхода множества на самом деле случайных событий – всё это лишь временно. Спустя месяц логичный и законченный жизненный сюжет вдруг получает совершенно ненужное продолжение – в результате возникает ощущение (разумеется, тоже временное) общей бессмысленности бытия.

Реквием по Хэнку Муди

Правильнее было бы ограничиться слащавым первым сезоном, где местами даже проглядывала какая-то житейская мудрость? Ну уж нет. Если уж про настоящую жизнь – то давайте весь спектр человеческих эмоций и идиотских поступков. И предсказуемый, но красивый хэппи-энд телешоу – никакая не точка, а очевидное многоточие дальнейших страданий персонажа Духовны.

Подобным образом великолепно демонстрируется несостоятельность «американской мечты» – о том, как для отдельно взятого талантливого человека путь к успеху стал настоящей дорогой через чистилище. Про деконструкцию известной национальной идеи уже написали и сняли достаточно, но пример Хэнка Муди на телеэкранах выглядит если не самым убедительным, то точно одним из.

Последняя интересная деталь «Калифрении» исключительна для русского (или представителя любой другой страны, не относящегося к «золотому миллиарду»). Нам всё ещё невыносимо странно смотреть на рефлексирующих героев, которые живут, кажется, в лучшем месте на Земле и не вынуждены ежедневно трястись в маршрутках и тратить по двенадцать часов на ненавистную работу. Солнце, Калифорния, эмоции и выдуманные иллюзии – это какая-то другая планета.

Однако наблюдать было всё равно чертовски интересно. Видимо, будем слегка скучать по этой дурацкой истории любви.

Авторизируйтесь, чтобы оставлять комментарии:
 
Меню

Новые комментарии