Лучшее аниме осени 2016 года Рецензия и отзывы на игру Ghost Recon Wildlands Не самые тёплые обзоры Mass Effect: Andromeda Syfy одобрил третий сезон «Пространства» Канал FX продлил сериал «Легион» на второй сезон
25
КИНО
СЕРИАЛЫ
ИГРЫ
 
Прямая ссылка на новость:

Книга лучше!.. Терри Пратчетт

Книга лучше!.. Терри Пратчетт

Пусть Терри Пратчетт и посмеивался над своими многочисленными призами да титулами, но каким ещё образом, кроме опустошения книжных магазинов, очередей за автографами и гигабайтов восторженных е-мейлов, благодарное человечество могло достойно отплатить ему за труд? Лично для читателей выматывающее писательское ремесло оборачивается пахнущим типографией удовольствием в красочной обложке — вот такой на первый взгляд несправедливый обмен, если к нему не прилагаются чеки с греющим душу количеством нолей и справедливо обретённое мировое признание. И уж в этом случае творцу Плоского мира, к счастью, не на что было жаловаться.

Кто не любит Терри Пратчетта, тот не читал Терри Пратчетта

Слава одного из самых любимых фэнтезийных авторов заслужена им от первой буквицы до распоследней точки в каждом его тексте. Сэр Терри Пратчетт был волшебником, причём, в отличие от своего Ринсвинда, волшебником высшей пробы. Только инструментами его были не заклинания и волшебные палочки, а слово и юмор. С их помощью ткался совершенно новый мир, который, тем не менее, до краёв наполнен социально-политическими, историческими, культурными и литературными параллелями. А за одни только метафоры гению писателя можно петь дифирамбы бесконечно.

Возможно, кто-то и сочтёт спорным данное утверждение, но Терри Пратчетт — альфа и омега юмористического фэнтези. Юмор его очень английский, где балом правят игра слов и порой едва ли не диккенсовская смешливая снисходительность к чудачествам персонажей, родившихся под рукой мастера.

На самом-то деле всячески воспевать его писательский дар можно строчка за строчкой днями напролёт, но это никак не поможет проникнуться подлинным восторгом, пока не возьмёшь в руки книгу и не поговоришь с автором лично, наедине. А сделать это нужно обязательно, даже если ты не поклонник фэнтези. Потому что книги Пратчетта за вроде бы такой несерьёзной жанровой принадлежностью виртуозно маскируют остросоциальную сатиру, заново открывая нам в зеркале романа существующую реальность, вполне современную для нас.

В одном из интервью Пратчетт обмолвился: «Как сказал Честертон, который всегда был моим героем, „юмор успеет пролезть через замочную скважину, пока серьёзность ещё ломится в закрытую дверь“. И просто удивительно, какие истины вы можете вложить людям в голову под видом шутки». И разве же, утверждая подобное, он был неправ?..

Кто не экранизировал Терри Пратчетта, тот — Голливуд

Книга лучше!.. Терри Пратчетт

Литературное наследие писателя кажется таким притягательным для экранизации и таким для неё сложным… Почему же тогда в книги ещё не вцепились жадные продюсерские когти? А потому что сэр Терри Пратчетт крайне отрицательно относился к Голливуду и его подходу к переосмыслению материала. В интервью изданию The Telegraph в 2010 году он без обиняков пояснил: «У меня аллергия на Голливуд».

Киномонстр по ту сторону Атлантики засматривался на произведения британского автора многократно. В 2003 году даже была предпринята попытка экранизировать «Вольный народец», усадив в режиссёрское кресло Сэма Рэйми. Но после прочтения сценария Пратчетт категорически воспротивился дальнейшей работе над фильмом. «Он (сценарий) содержит всё, против чего „Вольный народец“ выступает, — негодовал автор. — Всё в романе было противоположным реальности „Диснея“. Но студия взяла и вроде как отдиснейлэндила его, чтобы сделать понятным для американских киноделов». Позже писатель с присущей ему прямотой заявил, что вместо фильма, решись он одобрить его съёмки, получился бы откровенный мусор.   Многие склоняются к мнению, будто кроме нежелания писателя отдавать свои творения в руки нерадивых голливудских киноделов есть и другая не менее веская причина. Плоский мир сам по себе настолько обширный и густонаселённый, выписанный с такой энциклопедической скрупулёзностью и до того самодостаточный, что было бы едва ли не преступлением лепить из него второе киношное Средиземье. Грубо говоря, слишком хорош для экранизации. Любое посягательство на печатное слово Плоского мира разрушит всё его обаяние и не принесёт ничего, кроме разочарования. Зерно истины в подобных рассуждениях есть, но объективная угроза всё-таки не отвратила британцев от желания дерзнуть и в тесном сотрудничестве с творцом попытаться перетащить на телеэкран самые яркие кусочки исполинской мозаики под названием Плоский мир.

Итак, Пратчетт не позволил своим трудам обрастать всякой грязью наподобие жутко склёпанных фильмов/сериалов made in USA. Он и не скрывал собственных взглядов на процесс, заявляя: «…я, вообще-то, предпочитаю телевидение, ибо в таком случае могу хоть как-то контролировать происходящее. Если дело касается низкобюджетного ТВ-проекта, меня стараются держать в курсе, потому что я всё знаю о сюжете, и мне отлично удаётся ладить в работе с этими людьми. Если задействованы по-настоящему большие деньги, шанс быть допущенным к участию в производстве очень мал. В таких случаях предполагается, что вы просто берёте деньги, где-нибудь прячетесь и не пытаетесь путаться под ногами больших дядь».   Зато Пратчетт мог вполне доверять соотечественникам, которые в принципе крайне бережно относятся к первоисточникам, особенно если те всенародно любимы. Так на свет один за другим появились три двухсерийных телефильма, которые отличает невероятная щепетильность в перенесении оригинального текста на сценарное поле. Знаком «одобрено» в каждом из них служит камео самого отца-основателя.

«Санта-Хрякус: Страшдественская сказка» (2006 г.)

Книга лучше!.. Терри Пратчетт

Первым в трилогии стал телефильм, снятый режиссёром Вадимом Жаном по роману «Санта-Хрякус». Он запросто может служить наглядным пособием для тех, кто заинтересован в едва ли не пословной экранизации литературного источника. В означенном подходе кроется подвох: с одной стороны, тут бы и вздохнуть с облегчением — сценарий не переврал ни строчки. Но и режиссёрских находок в таком случае ждать не приходится. Телевизионный «Санта-Хрякус» прямолинеен и буквален. От этого порой становится даже слегка обидно: будто бы при чтении оригинала нам могло не хватить собственного воображения, а создатели телефильма взяли на себя обязанность восполнить наш дефицит фантазии. Что, конечно, никоим образом не касается тех, кто книгу не читал, а среди зрителей найдутся и такие.

Британская телеэкранизация по меркам 2006 года выглядит, быть может, и скромно, но вполне пристойно. Скудное финансирование, не позволившее создателям оснастить постановку всякими визуальными виньетками, мягко уравновесилось качественной актёрской игрой и отсутствием адского мискаста. К примеру, Марк Уоррен неплохо вжился в образ душегуба Чайчая, раз уж совсем недавно расширил свой послужной список ещё одной примечательной злодейской ролью Рошфора во втором сезоне «Мушкетёров».

В сущности, никто из лицедеев нареканий не вызывает. Ни собрание магов-пенсионеров Незримого университета во главе с аркканцлером Наверном Чудакулли, ни Сьюзан Сто Гелитская, ни О Боже Похмелья, ни даже Смерть, который при вышеупомянутых скромных возможностях проекта смотрелся небезнадёжно.

Фильм вышел на телеэкраны под Рождество и не преследовал цель удивить и захватить неподготовленного зрителя. Всё-таки упор был сделан на то, что для просмотра этой уютной, полной юмора мистерии соберутся те, кто знаком с историей. Следовательно, задачей первостепенной важности было сохранить атмосферу книги и её основную мысль — одно из многих посланий читателю, которые искусник Пратчетт так мастерски спрятал под наслоениями шуток. Потому беседа Смерти с внучкой и его пикировки с Альбертом перенесены в сценарий из романа со скрупулёзной точностью. Все слова о вере, надежде, справедливости, человечности бережно сохранены и с экрана благоговейно вторят роману. Кстати, создатели телефильма и сами стали в какой-то мере дарителями подарков — после окончания съёмок все декорации и реквизит ушли с молотка на благотворительном аукционе. Так что красивые слова не пропали втуне.

Зрители творческое начинание телевизионщиков в целом приветствовали — любители благосклонно приняли экранизацию, поблагодарив за прилежность, и затаились в ожидании дальнейших чудес. Долго томиться им не пришлось.  

«Цвет волшебства» (2008 г.)

Книга лучше!.. Терри Пратчетт

Второй телефильм всё того же Вадима Жана вышел на экраны спустя два года. Он стал экранизацией сразу двух романов о незадачливом волшебнике Ринсвинде — «Цвета волшебства» и «Безумной звезды», отличившись той же бережностью в трансляции литературного текста на сценарную плоскость, но… И этих «но», к сожалению, оказалось достаточно, чтобы вынести фильму неутешительный приговор.

Цикл романов о Ринсвинде особенно сложен для экранизации ввиду того, что тут вселенная Плоского мира разворачивается перед нами во всей своей глубине и детальности. Не так-то просто при буквальном переносе её на телеэкран сохранить динамичность повествования и полноту юмористического спектра от мягкой насмешки до едкой сатиры, которым в книгах дышит каждая строчка. При подобных исходных данных легче посадить к микрофону рассказчика и начитать книгу от начала до конца, что вряд ли в нашем случае можно посчитать за вариант. Посему задача перед Жаном и командой стояла очень серьёзная и заковыристая. Увы, старательность едва ли может послужить оправданием тому, что фильм вышел скучноватым и местами откровенно пресным.

Особенное негодование публики вызвал мискаст Ринсвинда, которого вряд ли кто-то представлял себе низеньким плотным старичком. Дэвид Джейсон, сыгравший в «Санта-Хрякусе» спутника Смерти Альберта, перевоплотился в волшебника-неумеху и постарался сделать всё от него зависящее, чтобы зритель принял его в качестве главного героя. Кто-то себя пересилил и смирился, а кто-то до сих пор не может простить создателям телефильма подобной вольности в обращении с первоисточником.

На визуальный инструментарий скупые британцы в этот раз выделили чуть больше денег, и это заметно. В отличие от сугубо камерного «Санта-Хрякуса», больше походившего на киноспектакль, «Цвет волшебства» выглядит солиднее, дороже, ярче. Да и мировое телевидение образца 2008 года ещё не отличалось повсеместным внедрением дорогих спецэффектов, потому для проекта уровня телефильма видеоряд был относительно терпимым, пусть кто-то и ожидал, что дракон будет неотличим от настоящей огнедышащей рептилии, а Смерть вдруг кардинально поменяет облик, оставив далеко позади версию себя 2006 года.

Основной заботой создателей, как бы то ни было, оставалось сохранение юмора. Книги Пратчетта из тех фэнтези-произведений, в которых главное — суметь в первую очередь передать их дух, нежели внешнюю атрибутику. Собственно, «Цвет волшебства» в очередной раз доказал, что некоторые книжные шутки, сатирические выпады и курьёзные ситуации ничто не в состоянии «экранизировать» точнее и удачнее, чем наше воображение. Часть из них напрочь непригодна для визуализации или требует переосмысления, на что при столь буквальном копировании исходника надеяться не приходилось. В результате некоторые эпизоды из истории Ринсвинда банально не легли должным образом в кадр. Отсюда и сомнения: а стоило ли с таким маниакальным тщанием перетаскивать книгу на экран?..

«Цвет волшебства» проиграл «Санта-Хрякусу» по нескольким статьям, оказавшись вещью посредственной, хоть и не лишённой собственного очарования. Просто книги в любом случае настолько лучше экранизации, что категорически воспрещается смотреть телефильм до того, как их прочитаешь. Чтобы, не дай бог, не отбить себе желание знакомиться с первоисточником.  

«Опочтарение» (2010 г.)

Книга лучше!.. Терри Пратчетт

Наконец, третий телефильм увидел свет спустя ещё два года, и во главе его стоял уже другой человек — Джон Джонс. Неизменными остались разбивка фильма на две главы, обязательное камео автора и тщание в работе над сценарием. После не шибко удачного эксперимента с «Цветом волшебства», возможно, кто-то из поклонников и склонен был испытывать сомнения — всё-таки за основу взят один из особенно любимых публикой романов. Но по выходе «Опочтарения» на телеэкраны абсолютное большинство выдохнуло с громадным облегчением. Третий телефильм трилогии стал однозначно лучшим.

Во-первых, сама ткань повествования позволила привнести в фэнтезийный Анк-Морпорк толику стимпанка, что при качественных спецэффектах и умелом балансе натурных и павильонных съёмок выглядит и стильно, и уместно, превращая «Опочтарение» в самый визуально привлекательный фильм из всей троицы. Во-вторых, немалую долю в его шарме сыграл тот факт, что создатели в интерпретации своевольничали (и правильно делали!), вложив слова рассказчика в уста главного героя, мигом сделав его намного ближе к зрителю.

И уж на сей раз вряд ли кто-нибудь ворчал о мискасте. Ричард Койл идеально вписался в образ Мойста фон Липвига. Да и в отношении остальных актёров протест может вызвать разве что субъективная антипатия. Ангела Добросерд, лорд Витинари, Взяткер Позолот, Грош, Стенли — все персонажи получили достойных актёров, вложивших душу в сыгранные ими роли. Ну да, мистер Помпа, как и Смерть, смахивает на резиновую куклу со светодиодами в глазницах, но этот факт странным образом не беспокоит. Да и много ли мы видели за свою жизнь оживших големов, чтобы судить об их внешнем виде, а?

«Опочтарение», несомненно, один из тех удобных романов, которые сами просятся на экран. История компактная, с чёткой классической схемой «завязка — развитие — кульминация — развязка», а герои настолько выпуклые и чётко прописанные, что любо-дорого следить за ними в движении. Экранизация вышла по традиции бережной, но с изменениями, что фильму сугубо на пользу. Именно творческая свобода в грамотном перекраивании первоисточника стала залогом его успеха.

А самое главное, тут создателям посчастливилось прочувствовать и ухватить за хвост магию пратчеттовского юмора — печатное слово послушно легло в актёрскую игру, мимику, жесты, интонации, щедро расплескалось в мизансценах, гармонично вплелось в ткань каждого кадра и соединилось с динамикой всего происходящего, не позволив сюжету провиснуть ни на минуту.

Несомненный успех по доброй традиции закрепило обязательное появление сэра Терри Пратчетта в финале истории. Горько сознавать, что оно стало последним. Однако в душе всё же теплится надежда, что с уходом мастера традиция съёмок экранизаций никуда не исчезнет, а работать над оными будут с таким же тщанием, как и в предыдущих трёх случаях, при этом только повышая планку качества. И нет в этом ничего невозможного. Всего-то и нужно: любовь к тексту, уважение к автору, чувство юмора и толика магии, без которой, как известно, не обойтись ни в нашем с вами круглом мире, ни в Плоском, ни в любом другом.

Авторизируйтесь, чтобы оставлять комментарии:
 
Меню