Бедные-несчастные

Греческий режиссёр Йоргос Лантимос сделал себе имя на необычных и странных картинах. В «Лобстере» главный герой живёт в мире, где взрослых, не нашедших себе пару, превращают в животных, а поиски этой самой пары проводятся исключительно по схожести какого-либо параметра. «Убийство священного оленя» рассказывает историю юноши, терроризирующего семью хирурга: паренёк обладает сверхъестественной силой контролировать людей, но ему нужно лишь одно — чтобы виновный в смерти отца доктор принёс в жертву кого-то из членов семьи.

Судя по синопсису, фильм «Бедные-несчастные» недалеко ушёл от предыдущих его работ. Здесь есть гениальный потомственный хирург, пошедший по стопам отца, чьи безумные эксперименты над собственным сыном оставили тому шрамы не только в душе, но и на лице. Однажды к доктору попадает труп молодой женщины, покончившей с собой на последнем месяце беременности. «К коллайдеру!» — восклицает одержимый наукой учёный. Он пересаживает женщине мозг не родившегося младенца и воскрешает её. Воскрешённую с новой личностью нарекают Беллой.

Белла, несмотря на физиологическое тело взрослого человека, по умственному развитию чистый ребёнок. Сюжет картины строится как раз на её взрослении и познании дивного нового мира вокруг через призму детской непосредственности. Приём не то чтобы нов — «Форрест Гамп» точно так же демонстрировал зрителям историю через призму незамутнённого сознания героя Тома Хэнкса. Только в отличие от фильма Земекиса, работа Лантимоса проигрывает в драматическом плане.

Во-первых, в «Бедных-несчастных» нет реальных исторических событий, на примере которых показано, как знаковые моменты теряют значимость, лишившись контекста и субъективного восприятия. Здесь действие разворачивается в альтернативной викторианской эпохе с лёгкой щепоткой паропанка. Во-вторых, история Форреста, поданная как ретроспектива, полностью закончена — он прошёл нелёгкий путь от ребёнка до отца. Белла в этом плане выглядит попроще. Отсюда проистекает в-третьих: арка героини не воспринимается целостной из-за смещения акцентов и отсутствия шампура центральной идеи, на которую нанизывается мясо повествования.

Развитие Беллы, грубо говоря, подаётся в трёх ипостасях. Сперва она — неразумное дитя, которое только учится ходить, разговаривать и взаимодействовать с окружающим миром. Затем наступает половое созревание, которое выливается в чисто подростковый бунт против родительского диктата. Влекомая неуёмным либидо и любопытством, помноженным на сказки о дальних странах, героиня сбегает из отчего дома в путешествие с ушлым адвокатом.

Тут в дело вступает вторая фаза. Беря от жизни всё и беззастенчиво пробуя это на вкус, Белла непредвзято демонстрирует искусственность навязанных норм морали и правил приличия. Будучи по уровню развития несмышленым ребёнком, она не понимает, почему многое нельзя — объедаться эклерами, говорить людям, что они несимпатичные, и бить раздражающе орущих детей. Она как кривое зеркало отражает постыдные мысли цивилизованного человека, загнанные воспитанием в самые дальние уголки сознания.

Дальнейшая ступень затрагивает переход от чисто физиологических потребностей (есть, пить, совокупляться) к социальным. Как ни крути, человек живёт в обществе себе подобных. Столкнувшись с циничным нигилистом, Белла увлекается философией, а брошенный с балкона роскошного ресторана взгляд на нищие трущобы ставит её перед неудобным фактом: мир неидеален, а порой даже несправедлив.

И тут проявляется главный минус фильма. Если подробностям чувственных наслаждений и сибаритства, граничащего с гедонизмом, посвящён довольно увесистый кусок фильма, то идеологические терзания поданы вскользь, небрежными мазками. Создаётся впечатление, что автор намеренно уводит фокус в сторону, будто зрители фильма с рейтингом R в биологических потребностях ничего не понимают, а социальный конструкт для них тема слишком обыденная, чтобы заострять на ней внимание. В итоге желание Беллы понять мироустройство и прийти к идее некого идеального строя сводится к неудачной попытке построить социализм в одном отдельно взятом борделе.

В результате история взросления буксует на одном месте. То ли авторы сами не знают, к каким идеалам должен прийти взрослый человек, «повидавший некоторое дерьмо», то ли это осознанный приём, иллюстрирующий расхожую мудрость о революционерах в юности и закостенелых консерваторов в старости, то ли просто задачей было снять софтпорно, но в процессе увлеклись сюжетными вставками. Однако в финале Белла так и остаётся недалёким человеком с телом взрослого и сознанием ребёнка, все важные решения за которого принимали окружающие. А это никоим образом не идёт на пользу повествованию.

При этом «Бедных-несчастных» нельзя назвать неудачей. Это динамичное кино с красивой картинкой — костюмеры, гримёры, декораторы и художники отработали все деньги. Даже топорное местами CGI не раздражает, а подчёркивает буффонаду вымышленного мира. И будь становление Беллы драматургически законченным, а не смазанным невнятной концовкой, фильм можно было бы смело записать в шедевры. А так остаётся наслаждаться мерзковатым послевкусием разочарования — и этот вкус не перебить никаким шампанским.