Прекрасная эпоха

Прошлое купить нельзя, а вот ностальгию — можно. Тем более что она отлично продаётся. Это поняли не только реальные кинематографисты, но и здешний герой Антуан — режиссёр-сценарист «путешествий во времени»: его клиенты за кругленькую сумму получают возможность очутиться в дивно реалистичной постановке (этакой ролевой игре живого действия на максималках), полностью погрузиться в сладкую иллюзию, стать императором или, скажем, королевой. Однако некоторые выбирают не влезать в чужую шкуру, а остаться в своей — может, не блистательной, зато привычной и уютной, как разношенные тапочки. Быть самими собой — только на десятки лет моложе.

Медуза Горгона, плачущая кровавыми слезами, — такой видит Виктор Дрюмон свою жену Марианну. Её отношение не симметрично — оно ещё хуже: Марианна всячески обзывает Виктора, начинает получать удовольствие от издевательств над ним и принимает несколько решений, грозящих окончательно потопить и без того потрёпанную любовную лодку. Тут-то на помощь и приходит прыжок на сорок лет назад.

Однако такие прыжки не безобидны — и дело не только в высокой стоимости и кой-каких нарушениях закона. «Прекрасную эпоху» недаром сравнивают с «Шоу Трумана» и «Игрой» (последняя — та, которая 1997 года, с Майклом Дугласом на главной роли): с точки зрения этичности затея, мягко говоря, не безупречна. Особенно когда кукловодом выступает рьяный перфекционист с комплексом бога. До чего доведут Виктора — до оргазма, до катарсиса, до нервного срыва или?.. Этот вопрос обеспечивает фильму напряжение. Равно как и «матрёшечная» структура, при виде которой некий Доминик Кобб нервно бы икнул.

Дело усугубляется тем, что чуть ли не все герои — готовые клиенты для психотерапевта. Даже та из них, которая сама психотерапевт. Помимо упомянутого комплекса бога в наличии контрол-фричество, депрессия, фрустрация, возрастной кризис, гнёт вины, материнско-сыновний фрейдизм, попытка суицида. Проблемы в личной жизни тут вишенка на торте.

При этом «Прекрасная эпоха» ухитряется быть ещё и трогательной, забавной, тёплой. Она хорошо написана и сыграна, многие реплики можно растащить на цитаты. И психологически весьма достоверна — даже если образ жизни героев зрителю не близок. «Прекрасная эпоха» крепко напоминает предыдущий — дебютный — фильм режиссёра-сценариста Николя Бедоса под названием «Он и она». Только новинка ещё лучше — и благодаря занятной концепции, и благодаря немеркнущим звёздам, в первую очередь Фанни Ардан, чья Марианна вызывает целый букет эмоций. Как и «Он и она», это история о вечных темах: о любви, о поисках пути, о связи прошлого и настоящего.

Не превратиться в сентиментальный сироп фильму помогают упомянутый саспенс и едкость: он не стесняется отвесить пощёчину Гитлеру (буквально) и пинок Гвинет Пэлтроу (фигурально), саркастично высмеивает благообразных членов общества, проводит остроумные параллели.

Интересен и шанс взглянуть на закулисье: фирма Антуана — по сути, аналог любой съёмочной группы, которая при помощи тонны невидимого труда, синей изоленты и такой-то матери создаёт на экране магию кино. Ту самую магию, которая позволяет зрителю (или, как здесь, заказчику постановки) прожить искусственную реальность словно настоящую, закрыв глаза на условности, огрехи реквизита и матерящегося где-то наверху светотехника — или вовсе их не заметив. Потому что зритель/участник настроен позитивно и хочет верить. «Наше всё» — Пушкин, а не Смит — ещё пару веков назад описал эффект: «Ах, обмануть меня не трудно!.. Я сам обманываться рад!»

«Прекрасная эпоха» не щеголяет новизной: постановочная реальность была придумана задолго до всяких «Игр» и «Шоу Трумана», да и хорошего актёра в роли среднего актёра, внезапно выдающего блестящую игру, мы уже видели — вспомнить хоть «Однажды… в Голливуде». Зато кинолента ловко обращается со стариной. Одна из лучших сцен — погружение в атмосферу вечеринки 70-х, с алкоголем рекой и дымом (не только табачным) коромыслом, с танцем под Yes Sir, I can boogie и под дождём цветочных лепестков, с оргией у одних и трогательным первым поцелуем у других. При виде такого ностальгию по 70-м смогут испытать даже те, кто тогда ещё не родился.

Кто-то при словах «Прекрасная эпоха» вспоминает Ренессанс или начало Третьей республики, а кто-то — скромное кафе. Где в совершенно обычный день 16 мая 1974 года при заурядных обстоятельствах произошло то, что изменило всю дальнейшую жизнь сразу нескольких людей. История народов пишется масштабными событиями, история отдельного человека — мелкими повседневными деталями, случайными встречами, спонтанными порывами. Однако не стоит недооценивать важность мелких деталей — об этом даже здешняя психотерапевт говорит. Обычный галстук на шее старого мужа может значить больше, чем орден или висельная петля на шее императора. Главное, не забывать о этом — или вовремя вспомнить.