Первый после Бога

Режиссер Чигинский начинает сдавать. Да-да, и не надо нас переубеждать, утешать и обещать, что будет лучше. Нет, уже не будет. Патриотический шизоидный угар, так славно разряжавший атмосферу «Зеркальных войн», канул в лету. Или еще куда поглубже — в Марианскую впадину, например.

«Первый после бога» если и заигрывает с темой любви к Родине, то делает это в слайдовой форме — так же скромный отрок впервые чмокает в щечку любимую девушку. И потрепанный военно-морской стяг гордо веет на ветру, и главного героя тискает отец-командир, а рядом в расстроенных чувствах стоит злючий особист, который в конечном итоге индульгирует протагониста за милую душу. Короче, плохих русских людей — нет. Есть фашисты, они не могут не быть.

Но давайте обхаживать сегодняшнюю макевару по порядку.

Похоже, никогда мистеру Чигинскому не завоевать репутацию хорошего рассказчика — карты не так легли-с. Если звезда кинематографического счастья и продюсеры изменят режиссеру, то в бродячие менестрели тоже лучше не подаваться — засунут гусли туда, где солнце не светит, а то и вовсе замучают до смерти вопросами.

Видите ли, выстраивать плавную сюжетную линию у товарища никак не получается. Даже сейчас, по прошествии нескольких месяцев, мы все еще недоумеваем, каким это таким магическим образом появление Рутгера Хауэра в финале «Зеркальных войн» способствовало ускользанию Малькольма Макдауэла от справедливой кары. А тут, на беду, образовалась еще целая кипа вопросов.

Бог с ними, с вечными «Зачем?» и «Почему?», а также с командиром, который сначала выражает искреннее желание присоединиться к своим подчиненным, нацелившимся на буржуинских блядей, а потом учиняет главному герою разнос в духе «Где дисциплина, билят?». Собака успела вырыть полноценную скважину в другом месте. Чтобы хоть как-то расшевелить историю, которая явно видит в гробу повествование в целом, нарочно вводятся действующие лица из серии «пятое колесо» и «зонтик для водоплавающих».

Весь фильм вас будет со знанием дела раздражать местный голос за кадром — Танька, она же главный сюжетный буксир, она же «Господи, уберите этот вселенских образ всех безнадежно влюбленных нафиг». Сохнущая по протагонисту девчушка появляется, когда плохо стоящая на своих двоих история падает при смене направления. Нарисовывается в кадре или за ним, выдает какую-нибудь банальность или темное пророчество, да и пропадает до лучших (ой ли?) времен.

Позже на горизонте возникает пацаненок, которому положено подвигнуть капитана Маринина на внутренний конфликт и на этом исчерпать себя как персонажа, что не мешает засранцу и в дальнейшем маячить в кадре.

А еще учтите, что «Первый после бога» — крайне требовательный фильм. Не к себе, разумеется, а исключительно к вам. Не желательно, а прямо-таки необходимо, чтобы зритель обладал чудо-способностью за какие-то две три минуты проникаться сочувствием к категорически третьестепенному персонажу с печальной судьбой, а потом принимался бы горевать по нему как по близкому родственнику. Иначе как пережить долгие сцены скорби по товарищу, который бодро пошел на перехват мощной немецкой эскадры по мелководью, да так и сгинул, не успев сделать за все экранное время ничего путного?

Убрать перископ

Ну, разобравшись с жизнью на берегу, опустимся в мутные воды тутошних морских баталий. Быть может, они прольются исцеляющим бальзамом на израненную всем прочим душу? Ага, держите карман шире.

Сражений тут ровно столько, чтобы оправдать жанровую классификацию картины. Безотказно работающие приемы по нагнетанию атмосферы, связанные с военно-морскими фильмами, — вроде подводного бомбометания наглых и пронырливых субмаринеров или явного недостатка воздуха на глубине, — естественно, дают осечку. Нет тут никакой атмосферы, и не пахло даже — есть только скука и желание, чтобы все побыстрее сдохли. И сами не мучились, и зрителей оставили в покое.

Правдоподобность происходящего наверняка доведет до нервного срыва разбирающихся в военном деле профи. Да и о какой правдоподобности может идти речь, если немецкие боевые корабли имеют хищные обводы современных судов, а все футуристическое стыдливо прикрыто маскировочной сеткой? Курам на смех. В эту же графу вносим и спецэффекты, сделанные как бы под «Перл-Харбор» — они даже не экономического класса, а, скорее, из багажного отделения.

Ну, хватит уже

И все же жаль. Жаль, что режиссер Чигинский так и не прислушался к совету редколлегии КГ и не занялся съемками пародийных фильмов, а снова ударился в серьезное. Потому что когда самоотверженность актеров и съемочной группы (см. пресс релизы, сл. интервью) умножают на бессмысленность и творческую бездарность, в итоге все равно получается ноль.