Судьба: Ночь Схватки — Бесконечный мир клинков: Продолжение — 03

Некоторые вещи лучше не знать.

Откровенно говоря, я с нетерпением ждал расширенного флэшбека про Илиясфиль фон Айнзберн ещё с прошлого сезона. Можно было изначально не сомневаться, что ufotable как следует пройдутся по последней связи Кирицугу с его прошлым времён четвёртой войны. Что не упустят шанса рассказать про то, как жила девочка, которую Эмия не сумел спасти, не захотел спасти, оставшись верным своим ценностям. Вот только решение, сломавшее когда-то самого Кирицугу, сломало и Илию. И если у Эмии остался Щиро, который ещё мог хоть как-то вернуть чувство жизни бывшему мастеру, то у Илиясфиль не осталось ничего, кроме одиночества, исковерканных воспоминаний и одержимого духа Грааля, желающего отомстить отрёкшемуся от него магу.



И самое гадкое, что вместо тепла и заботы родителей к ней вернулись лишь злоба и пустота. Илия – забытый ребёнок, потерявший свою ценность как инструмент контроля не связанного с семьёй Айнзбернов мага. Её ценность в качестве сосуда для Грааля также сомнительна, потому что едва ли она доживёт до следующего цикла, до которого должно было быть лет шестьдесят. Всё, что ей осталось, – это быть лабораторной мышью в экспериментах по созданию идеального гомункула. И когда стало ясно, что цикл Грааля на сей раз будет короче, для Илии ничего не меняется. Лишь всё то же одиночество, всё те же эксперименты с целью усилить её тело, и так по большей части состоящее из магических цепей. А самое страшное, что Илия прекрасно понимает такое к себе отношение и принимает роль инструмента, а не личности.

И тем больнее сцена финальной битвы Берсеркера, чем больше мы понимаем о самой Илиясфиль и о том, что для неё значит безумный слуга. Геркулес дал ей надежду. Древний герой, лишённый разума, остался верен своему духу. Он остался личностью со своей волей. Данное открытие явно вернуло Илии веру в себя и в других людей. И когда наблюдаешь за расправой (а иначе это сложно назвать) над Берсеркером, пытающимся не победить врага, а лишь защитить своего мастера, становится просто грустно.



Каждый раз чем больше я узнаю про Илию, тем тяжелее мне наблюдать за её страданиями. Просто потому что из всех участников войны за Грааль она их заслужила меньше всех. Она всего-навсего жертва судьбы, родившаяся от союза гомункула и мага, потерявшая семью через восемь лет после своего рождения и получившая взамен лишь одержимый дух, принявший форму её матери. Но одновременно с тем пятая война воспринимается как её освобождение. Небольшой глоток свободы, пусть и последний.

И как-то сложно после таких серий относиться к «Бесконечному миру клинков» как к сериалу про школьников, изображающих из себя магов.