Тук-Тук-Тук

Жил-был хмурый дядька со странным именем Киану, и было у него одно выражение лица. Как только Киану ни боролся с недугом: к пифии ходил, к японским демонам обращался, по совету Джеки Чана аж кунг-фу занялся — но всё тщетно, ничто не могло взбаламутить мимический штиль. Долго ли, коротко ли, две удалые девицы прознали о напасти и решили встряхнуть его мышечную недостаточность. Начали они с самых подвижных частей тела и постепенно добрались до горемычного лица. Киану плакал, матерился, звал на помощь, но играть научился.

Воспринимать новую ленту Элая Рота лучше всего как простую басню о супружеской неверности. Для кровавой сказки здесь не хватает сверхъестественных элементов и крови, для суровой были — здравого смысла. А вот для побасёнки всё на месте, даже незатейливая мораль. Однако самые въедливые зрители могут усмотреть атаку на современное искусство. Стараниями экранной жены Ривза его дом превратился в галерею, которую безумные гостьи с упоением разгромили. Чем, отметят любители «второго дна», не художники-акционисты, высказывающие своё «фи» странным картинам и скульптурам? Помимо прочего, из «Кто там» вышла неплохая агитка об опасностях венерических заболеваний. Дескать, устроишь забойный тройничок со случайными знакомыми — и вот уже Сифилис с Гонореей превращают твою жизнь в настоящий ад.

Тем не менее, на поверхности лежит лишь лёгкое «пыточное порно», чья ценность исчерпывается исполнителем главной роли. Будь на месте Ривза более, кхм, эмоциональный актёр, эффект получился бы в разы меньшим. Проблема в том, что помимо мимического оползня на лице камнеликого Избранного, смотреть толком не на что. «Кто там» беден на события, замкнут в пространстве одного дома и кроме новых пыток ничем удивить не может. Причём пытки, скажем прямо, не блещут разнообразием — маньяк по прозвищу Пила успевает провернуть такое ещё до завтрака.

Да и заплечных дел мастерицы подкачали. Рекламная кампания обещала двух последовательниц Харли Квинн, а сам фильм продемонстрировал двух взбалмошных девиц, чья глупость искупалась сугубо вялостью протагониста. Бывший ди-джей был тривиально не в состоянии составить им конкуренцию и большую часть хронометража провёл привязанным к всевозможной мебели. Никаких игр разума и страшных тайн — играющий Ривз, по мнению режиссёра, должен был стать главным откровением фильма.

Подвела даже постельная сцена, от которой так и разило «тринадцатилетним» рейтингом. Обилие крупных планов и монтаж, успевший срезать всё самое интересное, неспособны как следует завести. Вдобавок возникает логичный вопрос: так ли уж нагрешил бедный ублюдок, чтобы заслужить подобное наказание? Гостьи ведь обещали что-то эдакое, без всяких ограничений, а выдали вполне приличный «софткор».

В общем, всё как в избитой английской шутке, без которой фильм с таким названием никак не мог обойтись: