Александр

Начать рассказывать о попытке режиссера Оливера Стоуна открыть глаза широким массам на героя не нашего времени, которому в школьной программе уделяют не больше одного урока, и не провести сравнительный анализ с его коллегами по жанровой принадлежности? Это было бы преступным упущением со стороны вашего кинообзревателя.

«Гладиатор» и «Троя» («Короля Артура» в расчет не берем по известным и скверным причинам) смотрятся на фоне «Александра» сущими историческими, простигосподи, боевиками. Если сравнить эпическая историю генераллисимуса Маскимуса и возвращение жены в спартанские объятья мужа посредством осады города-государства с неторопливым темпом «Александра», то они окажутся до неприличия заряжены злой энергетикой, быстры и резки на расправу.

Кажется, прозвучало слово «неторопливый»? Простите. Здесь скорее уместен эпитет «медлительный» или «тягомотный». Проще говоря, устроив эпический забег на время, «Троя» и «Гладиатор» делят между собой призовые, а «Александр» спрашивает судью — почему до сих пор не было стартового выстрела?

ЖЗЛ

Картине, одна минута которой стоит без малого миллион отнюдь не рублей, растрачиваться на мелочи как-то не к лицу. Мистер Оливер Стоун настолько уверен в зубодробительной мощи своих челюстей, что не ограничился кусочком пирога — он слопал всю кондитерскую фабрику целиком и закусил рабочим персоналом. Сюжет освещает жизнь македонского царя практически целиком: от вхождения в сознательный возраст и до самого конца. Право показывать ключевые моменты из жизни Великого режиссер узурпировал в личное пользование. Так что желающим посмотреть на то, как главный герой создает притчу во языцех про гордиев узел тут ничего не обломится. Лучше поглядите, как златокудрый мальчуган объезжает Буцефала! Ну не здорово ли? Блядь…

Старина Оливер застолбил монопольные права и на образ главного героя.

Александра.

Какой-нибудь другой (менее стоуноголовый) фильмодел оставил бы аудитории отдушину для свободных суждений о личностных особенностях центрального персонажа. Увы, О. С. предпочитает думать за всех и сразу — в его интерпретации Саша оказался просто Жалким, слабохарактерным, а вовсе не Великим, не колоссом. Не верьте Энтони Хопкинсу, которого за каннибальские грешки низвели до уровня DVD-комментариев, а заодно возложили на старческие плечи обязанность связывать повествование воедино (что само по себе скажет сведущим синефилам многое). Хотя наш седобородый Птолемей усердно и делает вид, что его повелитель непостижим для общечеловеческих мерок восприятия, любой раскроет истинную природу Александра, даже не будучи дипломированным психологом.

Крайне нестабильный персонаж вышел из-под пера Оливера: с самого детства задумавший завоевать мир. Трагическая смерть Саши не только показывается в начале картины, но и просчитывается за первые 15 минут. На нее намекают беспардонейшим образом, будто бы считают умственно отсталыми всех без исключения зрителей. Индивидум, преследующий великую цель, творящий из жизни при жизни миф, должен гореть. С этой задачкой справились через оборотный проход — подследственный пламенеет безумием и психозами. В одну только сцену первой брачной ночи с царевной Роксаной режиссер умудрился впихнуть столько всего, что поневоле чувствуешь себя Фрейдом. Скажем проще: Александру просто повезло родиться особой королевских кровей и страшно не повезло с окружением.

Тысяча слонов

Разобравшись с протагонистом, который в свободное от завоеваний время никак не может определиться с сексуальной ориентацией, давайте поговорим о других достоинствах фильмах. И коль скоро метания Александра в лучшем случае озадачивают, а в худшем — решают проблему бессонницы, требуется выяснить насущное — что же разбудит задремавшего попкорноеда в зале? Уж не грозные ли звуки битв, коих насчитали два экземпляра? В точку, они действительно очень громкие. И сумбурные. И бестолковые. Все ожидали от Стоуна натуральных сечь — их и получили. В некотором роде. Боестолкновения в «Александре» напоминают детсадовскую кучу-малу — именно так они показаны. Иногда у оператора получаются удачные вертолетные ракурсы, вроде флангового обхода конницы, но мужчина с камерой мигом «исправляется», демонстрируя чьи-то ноги или печальное «не-фига-блин-не-понимаю-че-происходит» лицо царя Дария крупным планом. Все вышеупомянутое сопровождает музыка клона Вангелиса в обработке диджеяцветкоффа. Самого Вангелиса, одиозную личность, сочинившую звуковую дорожку «Бегущего по лезвии бритвы» определенно похитили маленькие серые человечки из созвездия Водолея.

Что еще требует экспертной оценки? Абсолютная безликость окружающих Александра военачальников? Удачная игра Вела Килмера, в чьей ядовитой сущности «слишком много — отрава, малая доза — даже полезно» мы убедились давным-давно? Сиськи Розарио Доусон (по мнению масс — наисветлейшая часть «Александра»)? Пакостный дубляж, по уровню кретинизма способный перебить пахер «Подводный братвы»? Общая, наконец, бесцельность этого художественного фильма?

Увольте. Оно того не стоит.