Пряности и страсти

В последнее время кино уж очень часто норовит вторгнуться на кухню. Только выпроводили «Повара на колёсах» и «Кухню в Париже», как в дверь барабанит новый гость. Французскими булками издевательски хрустит, провокатор. Как тут устоять? Правда, через замочную скважину сыплется какой-то порошок – не бойтесь, это не порох, а всего лишь карри. Стало быть, вопрос на повестке дня: лягушатники или индусы, кто кого? В качестве независимого жюри выступит швед Лассе Халльстрём.

Между прочим, Халльстрём – тот самый дядька, что снял жалостливый фильм про собаку с Ричардом Гиром, где был риск обрыдаться уже на прочтении аннотации (мы, кстати, так и поступили – и картину не посмотрели). Он же в своё время подробно рассказывал, что гложет Гилберта Грейпа. Да много чем этот режиссёр знаменит. С таким послужным списком он имеет право нахлобучить хоть белый колпак шеф-повара, хоть просто белый колпак – в череде рукоплесканий никто не заметит.

Невольно можно подумать, что «Пряности и страсти» рассчитаны на определённую прослойку граждан, которые более всего на свете любят вкусно пожрать. Им не надо ни Годзиллы, ни Бэтмена. Никакими двухсотмиллионными спецэффектами их не проймёшь. Зато при виде какого-нибудь бургундского кракена, маринованного в козлином соусе, они задрожат и будут блаженно похрюкивать от восторга. В общем, демонстрировать поведение, позволительное для серьёзного мужчины разве что наедине с «Тихоокеанским рубежом».

Подобные гурманы уйдут не разочарованными и, вероятно, после сеанса первым делом направятся устраивать чревоугодническую оргию в близлежащем ресторане. Перевозбуждённое состояние им гарантировано: угощения дефилируют по кадру не хуже легкомысленно одетых топ-моделей. Главный герой размазывает странные субстанции по тарелке, словно Пикассо, дорисовывающий свой шедевр. Поверх этого фундамента выкладываются причудливые гербарии из листиков и воздвигаются скульптуры из предположительно съедобных хреновин. Заглянете в такую кухню – и в музей ходить не надо.

Впрочем, если для вашего гастрономического счастья не требуется ничего хитроумнее бутерброда, уклоняться от визита в кино всё равно не стоит. В основе фильма лежит очень простой классический конфликт, построенный на соперничестве. Противоборствующие команды состоят сплошь из колоритных персонажей, так что будет интересно. Рецепт банальный, но реализован Халльстрёмом мастерски.

Хочется в некотором роде посочувствовать всем лицедеям, делящим площадку с Хелен Миррен. Когда ей дают материал такого качества, окружающим остаётся лишь склонить головы с покорностью судьбе: сейчас их всех заткнут за пояс. В грязь лицом из ансамбля никто не ударил, но соревноваться с этой виртуозной дамой просто невозможно. Диапазон от чванливой стервы до твёрдой женщины и милой старушки для кого-то другого мог бы предстать неохватным. А для не растерявшей королевских замашек Миррен – как два пальца об асфальт.

Некоторое пресыщение «Пряностями и страстями» наступает в завершающем акте. Герои вроде бы уже выясняют, что двум культурам делить особо нечего, а повествование всё не угомонится. Фокус с обоюдного пакостничества смещается на историю о вознесении гениального повара на Олимп. Зря – смотрится как эпилог, потерявший берега.

В оригинале, кстати, фильм называется не словно жгучая восточная мелодрама, а просто и со вкусом: «Путешествие длиною в 30 метров». Именно такое расстояние разделяет заведения двух враждующих владельцев, которым нужно переступить через свои предубеждения. Каждый их неохотный шаг навстречу друг другу сопровождается на экране то лёгкой комедией, то ненапряжной драмой. Если вы стоите на распутье перед меню кинотеатра, то знайте – порцию хорошего настроения подают здесь.