Джон Уик 2

«Джон Уик 2» берёт бодрый старт: без лишних слов протагонист начинает херачить людей машиной. Как в «Зловещих мертвецах 2» Сэма Рэйми, неподготовленному зрителю сначала так или иначе пересказывают события первой части; снова плохие русские украли машину не у того человека и получают люлей. Правда, Рэйми не мог использовать кадры оригинала ввиду юридических ограничений. А Чад Стахелски преследует другую цель. Во-первых, он переснимает гоночный экшен из финала первой части и делает его ровно таким же безумным и оригинальным, как перестрелки. Во-вторых, развивает личную мифологию Джона Уика. Тот не наёмник, не убийца, а скорее сила природы, сконцентрированная в одном человеке. Эдакий смерч или цунами, сокрушающий всё на своём пути.

Действительно, Киану Ривз не играет здесь цельного персонажа в привычном смысле слова. Его и человеком-то делают разве что воспоминания о любимой женщине и верный пёс. Возможно, успех «Джона Уика» в том и состоял, что впервые со времён «Матрицы» актёр изображал не столько героя, сколько идею: в 1999 и 2003 годах — спасение; в 2014-м — смерть. Сейчас «Баба Яга» вернулся и готов убивать ещё больше. Удивительно, как Ривз в 52 года выполняет почти все трюки сам: кувырок туда, бросок через плечо, кувырок обратно, падение с лестницы. Пока разные «Механики» пользуются мерзким монтажом и услугами многочисленных дублёров, Стахелски снимает во второй раз ещё более плавно, ещё более реалистично. А Ривз нескрываемо наслаждается происходящей бойней, каждый хедшот — как ложка варенья на сладкую булочку.

Хотя фильм, конечно, далёк от мучного и сладкого. Это суровый мужской стейк, который стал больше и сочнее со времён первой части. Тогда в дом забрались грабители и убили собаку? Теперь дом взрывают. Три года назад начали перестрелку в ночном клубе Нью-Йорка? Сейчас с помощью шотгана устраиваем локальные Помпеи в римских катакомбах. Первая часть раскрыла маленький мир наёмных убийц? В сиквеле каждый второй прохожий на улице получает СМС-ку о крупном заказе и достаёт волыну из-за пазухи.

Странно, с каким трепетом некоторые герои обсуждают Уика, как боятся его, словно войны, кары на свои грешные головы. Мир-то здесь устроен предельно логично, и Джон Уик — лишь часть отлаженного механизма. Сиквел только приоткрывает завесу и показывает больше винтиков. Вот местная валюта — золотые монеты. Теперь к ним добавляется вексель, из-за которого Уика и просят вернуться в бизнес (в триквеле покажут ипотеку для наёмных убийц?), появляются мафиозные семьи, Лоренс Фишбёрн, в конце концов, у которого на улицах Нью-Йорка орудует собственная армия киллеров. Неудивительно, что на протяжении фильма главному герою не единожды желают удачной охоты — все свои, все знают, чего стесняться-то.

Авторы всячески раскрывают мифологию, но не повторяют ошибки «Матрицы»: не отводят внимания от того, зачем мы все здесь, собственно, собрались. Нет философии, нет политики — просто один человек, его собака и пистолет. Как Рэйми, Стахелски лишь улучшает изначальную формулу успеха. Держится она, что в «Уике», что в «Мертвецах», на одном харизматичном исполнителе, который придаёт действию смысл. И не важно, с кем он разговаривает — Уиллемом Дефо или Фишбёрном; не важно, какую красивую даму избивает — Эдрианн Палики или Руби Роуз с идеальным лицом героини видеоигры. «Джон Уик 2» масштабнее оригинала, но в душе остаётся тем же праздником насилия и шоу одного актёра, который очень любит стрелять и протыкать людей карандашами. Лишь бы не старел.