Нелегал

Не ходите, дети, в Якутию гулять. Особенно, если карманы ваши прохудились и в них не завалялось паспорта гражданина РФ.

В Республике Саха не сыщешь ни акулы, ни гориллы, ни большого крокодила, да и разбойнику Бармалею в тех местах задерживаться не захотелось бы. Холодно там и снега много — не чета тёплым берегам Лимпопо. В якутском лесу либо волки загрызут, либо злые духи порчу наведут, а в рабочем посёлке с распростёртыми объятиями встретят бухие мамбеты (казахское словечко, которым малые народы Дальнего Востока величают гопников). В столице республики, Якутске, ситуация немногим лучше, ибо тут и здешних, и приезжих губит круговорот российского рубля: армяне прессуют точки киргизов, киргизы продают китайский шмот и ездят по стройкам, ментура крышует и тех, и других. Если кто выпендривается — прикладом по лбу и марш на депортацию.

Как-то так, пессимистично и с привкусом Юрия Быкова, абсцессы якутского быта в своём «Нелегале» изображает уроженец села Амга Дмитрий Давыдов, чей путь в режиссуру начался с кредита в банке и продажи автомобиля. Многие в Сахе приходят в кинематограф именно так — окольными путями, в свободное от основной работы время и с мизерными бюджетами. Давыдов, например, три полных метра заделал в спартанском режиме, когда на съёмки нельзя было тратить больше 14 дней (именно столько суток отпуска положено простому школьному учителю в один присест). С постпродакшеном было попроще — его Давыдов привык совмещать с проверкой ученических тетрадок по вечерам.

«Нелегал» — первый фильм Давыдова, который он разрабатывал на «полной ставке». Такой же вкрадчивый и морозный, как и предыдущие проекты постановщика. И герой в «Нелегале» — несовершеннолетний гастарбайтер без имени — такой же замкнутый в себе одиночка, как знахарка-алкоголичка из «Пугала» или великовозрастный маменькин абрек из «Нет бога кроме меня». Как и они, Нелегал из Киргизии занят поисками того — не знаю чего и упрямо идёт туда — не знаю куда. Точнее, географические координаты его мечтаний и надежд определены, а сами мечтания и надежды интриги ради плавают в тумане вплоть до последних минут хронометража.

Пункт назначения нашего беспризорника — село Михайловка. От Якутска, где стартуют действия «Нелегала», пёхать далековато: «Яндекс. Карты» пишут про 250 км, которые на своих двоих можно пройти за пару суток. Это если дорогу знать, постоянно держаться трассы (хотя «трасса» в Якутии — понятие относительное) и не быть оборванцем, которого в первые же секунды фильма под фанфары грузят в автозак. Встречают главного героя не по одёжке, а по отсутствующим документам, и не красны девицы этим занимаются, а сотрудники миграционной службы с автоматами. Провожают же его не по уму, а по смуглым мальчишеским рукам, которые главарь местной киргизской диаспоры находит полезными для низкооплачиваемого и низкоквалифицированного труда.

Бич-пакеты в задрипанной коммуналке, шестёрничество, тумаки и бандитские разборки — большой город большой северной республики будто готовит неокрепший детский ум гостя из Средней Азии к моменту, когда ему предстоит рвать когти. Хромой, побитый, в дырявых кроссовках и с пустым желудком, насмотревшись на насилие и безнадёгу, парнишка будет брести сквозь снег и слякоть, ведомый целью, известной ему, но неизвестной зрителю.

Мир вокруг запечатлён в расфокусе, а камера, зачастую статичная, редко заваливается набок и грамотно подрагивает в такт дрожащим от стужи рукам протагониста, затерявшегося в тайге. Иной раз может показаться, будто оператор настраивается на связь с потусторонними силами, нависшими над несостоявшимся трудовым эмигрантом. Человек с киноаппаратом выступает в роли этакого шамана, у которого вместо бубна увесистая бандурина с широкоугольной линзой.

Здешняя визуальная герметичность и тотальная отрешённость, как это всегда было у Давыдова и долго ещё будет у прочих мувимейкеров из Сахи, является результатом кустарной природы якутского кинематографа. В регионе с ничтожно малым показателем населения на квадратный километр, в экзотической стране внутри страны, особенно не пошикуешь. Кино здесь снимают задёшево и грубо, но с поразительной самоотдачей.

Кинематограф Якутии как дружная деревня, где принято поддерживать и ценить усилия земляков. В том числе направленные на развитие культурной среды. В иной раз в кинотеатрах Сахи «свои» фильмы собирают больше зрителей, чем новый Триер или очередной блокбастер от Marvel (при условии, что цифровые «бобины» с зарубежным продуктом вообще смогут доехать до кинозала). Недаром раньше в кругах якутских киношников ходила штука, дескать, 50% населения республики кино снимает, а другие 50% его смотрят.

«Нелегал» — та лента, которая в обрисованный выше портрет «изолированного национального кинематографа» вписывается идеально. Актёры из народа и без профильного образования. Язык — якутский, киргизский, армянский и русскому обывателю непонятный. Натура блещет колоритом и не требует стороннего вмешательства декораторов. Вопросов о погоне за аутентичностью в случае с творениями Давыдова не возникает.

Как часть этой хрупкой системы, этого самопального Сахавуда, новая работа Дмитрия работает и погружает в себя с феноменальной силой. Однако если вы с внежанровым кино не ладите, ломать глаза о субтитры не любите и во всех этих якутских киноспектаклях видите лишь дешманскую пародию на Ким Ки Дука, от «Нелегала» вам лучше отстраниться. Фильм этот слишком молчалив и непокладист, а вторая его половина в силу специфики жанра таёжного роуд-муви склоняет к зевоте. Зато дальневосточной экзотики в «Нелегале» хоть жопой кушай, и она эффективно, пускай и не совсем эффектно, опускает зрителя на самое дно живописного якутского астрала.