Тюльпанная лихорадка

В XVII веке Голландия пережила одну из тех невероятных маний, про которые так любят снимать сериалы и писать толстенные книги. Амстердам был буквально охвачен «тюльпанной лихорадкой», когда луковицы любимых цветов скупали за бешеные деньги, вырывали из рук и практически выгрызали зубами. Отчасти — из-за стремления найти цветок уникальной расцветки, которая на деле была всего лишь следствием болезни прекрасного тюльпана.

По-хорошему, создатели фильма — талантливый постановщик костюмированных драм Джастин Чадвик и автор культовой пьесы «Розенкранц и Гильденстерн мертвы» Том Стоппард — могли бы использовать эту фишку с больным, но красивым цветком в качестве отличной метафоры. Фильм-то повествует не о самой «тюльпанной лихорадке», а о развернувшейся на её фоне незаконной любви молодого художника Яна и замужней красавицы Софии, которую буквально выкупил себе в жёны отвратительный торговец специями Корнелис (Квентин Тарантино, кажется, поставил клеймо исполнителя злодейских ролей на бедолаге Кристофе Вальце). Повествование ведётся от лица служанки богатеев Марии, у которой параллельно крутится вполне себе пристойный роман с торговцем рыбой. И тут как нельзя кстати пришёлся бы литературный приём «ненадёжного рассказчика» в духе произведений Генри Джеймса… Да и вообще, в наличии такая богатая литературная основа (на которой, как на питательном гумусе, вырос вторичный роман Деборы Моггак, лежащий в основе фильма), почему нельзя было воспользоваться всем этим? Видимо, подумав, что напрашивающиеся метафоры и аллегории не подойдут для среднестатистического любителя похрустеть попкорном, создатели решили делать «по-тупому». Морализаторские потуги и противопоставления (незаконный, хотя и красивый роман героев Дэйна Дехаана и Алисии Викандер противопоставляется честному, но незатейливому лобызанию служанки и торговца рыбой) устарели века полтора назад — когда вышла «Анна Каренина» Льва Толстого.

И вдвойне удивительно, как можно было сделать настолько беззубое кино, имея на руках такой богатый арсенал фоновых средств. Вся эта возня с тюльпанными махинациями могла бы стать основой для замечательного сериала в духе «Во все тяжкие» или просто шикарным бэкграундом для фильма. Но вместо этого создатели берут простейшие, а порой и вовсе какие-то неадекватные диалоги и чередуют их с постельными сценами, которые можно смотреть даже в присутствии бабушки, живущей типа «До свадьбы — ни-ни!» Да и в принципе, проблема фильма в том, что хорошая мелодрама характеризуется богатой мотивацией персонажей (как в «Чувстве» Лукино Висконти, например), без неё смотреть на любовные сопли скучно, а персонажи «Тюльпанной лихорадки» говорят мало, изрядную часть хронометража совокупляются под красивую музыку, прикрывшись ширмой рамки кадра.

Особенно обидно, что имея не только хороший сеттинг, но и прекрасный актёрский состав, киноделы умудряются облажаться даже по этой части. Кажется, нужно обладать определённым талантом, чтобы заставить Вальца играть так плохо. Возможно, виноват плоский характер его персонажа (ну и конечно, бородатые шуточки а-ля «О, сегодня мой солдатик встал, пошли в постель, София!»). Так или иначе, больше всего Корнелис напоминает невнятного антагониста из «Больших глаз» Тима Бёртона — правда, тут он не столько отталкивает зрителя, сколько просто заполняет хронометраж звёздной физиономией Вальца. Интригует соседство в одном фильме уже засветившихся вместе в «Валериане и городе тысячи планет» Дехаана и Кары Делевинь (последняя здесь играет проститутку), но и тут характерам не дают разгуляться. Даже обязанные привнести своей комичной натурой немного юмора в этот грустный цирк морализаторства Зак Галифианакис и Том Холландер — и те работают так, словно демонстрируют гэги на шоу Евгения Петросяна.

Словом, нет ни одной причины выделить «Тюльпанную лихорадку» на фоне других костюмированных фильмов. Красивые декорации Амстердама XVII века — это здорово, но маловато для того, чтобы заставить зрителя выйти с сеанса без красных полос на лице, свидетельствующих о крепком сне на спинке соседнего кресла.