Клаустрофобный, с налётом ретро — напоминающий, что корни его растут из самого первого «Чужого» Скотта. С толпой пришельцев в кадре и, иногда, пальбой — вспоминаем «Чужих» Кэмерона. С посылом, дескать, не так злы инопланетные звери с кислотой вместо крови, как люди, в особенности корпораты, не чурающиеся людоедских способов ведения бизнеса, — привет тюремной финчеровской «тройке» и «Воскрешению» от француза-визионера Жёне. «Ромул» даже отвешивает поклоны в сторону «Прометея» с «Заветом», что пытались завести страшилки о ксеноморфах в философскую степь и заприквелить под теологический лад.
Оргстекло, кабели, выпуклые мониторы и прочий тёплый сердцу старомодный «декор» для обустройства интерьеров исследовательской станции «Ренессанс» команда Федерико Альвареса вряд ли искала на свалке списанных самолётов — в конце семидесятых такое проворачивала банда товарища Ридли, выдумывая облик тёмных, затянутых дымкой коридоров межзвёздного буксира «Ностромо». Однако киношной молодёжи, которую определённая прослойка фанатов «Чужого» заочно воспринимает как дилетантов не на своём месте, всё равно удалось угодить многим. Включая и тех, кто наизусть помнит каждый миллиметр убранства захваченной космической гадостью колонии «Надежда Хадли» и убеждён, что круче взъерошенной Сигурни Уивер с самодельным огнемётом может быть только взъерошенная Сигурни Уивер внутри смертоносного робота-погрузчика.
Пока одни будут ругать «Ромула» за его зашкаливающую фансервисность, отсутствие эволюционных подвижек и как будто бы чересчур маниакальную приверженность старым правилам, другие отметят, что давненько «Чужой» не был сосредоточен именно что на Чужих. Да и человек, снявший залитый саспенсом до краёв «Не дыши» и весьма задорную «Чёрную книгу» по «Зловещим мертвецам» Рэйми, бережно обращаться со сторонним материалом явно умеет. И знает, как сообразить триллерный движ, где ставки постоянно растут, а знаковые элементы любимой киновселенной считываются на раз-два, создавая впечатление, что зритель смотрит новую номерную часть, а не спин-офф, повествующий по всем параметрам побочную историю, что тихонечко и малозаметно развернулась между событиями бессмертных первого и второго фильмов.
Кстати об истории: она построена на злоключениях группы подростков, пребывающих в нищете на грязной промышленной планете, где их жизни ни гроша не стоят, а любая попытка мигрировать в более приветливые уголки галактики обламывается руководством корпорации «Вейланд-Ютани», для которой наши герои — одушевлённая собственность и крайне дешёвая рабочая сила. Корабль, чтобы на нём свалить, они нарулить сумели. Вот только пункт назначения находится довольно неблизко по меркам безвоздушных пространств — лететь предстоит не один год. Стало быть, нужно каким-то образом «родить» парочку камер для криосна. И, вот же совпадение, на орбите родного захолустья как раз объявилась большая заброшенная посудина, на борту которой есть всё необходимое для побега.
Разумеется, каждый из вас умеет читать и, увидев слово «Чужой» в заголовке, заранее понял, что станция эта опустела не из-за того, что её банально выкинули в утиль. Кроме, разумеется, жадных капиталистов, возомнивших себя богами, в катастрофе повинны и твари, давным-давно пришедшие в наш мир из глубин сумрачного разума Ганса Рудольфа Гигера — «идеальные организмы», чьё «структурное совершенство соизмеримо только с их враждебностью». А вот «Ромул» в названии ленты Альвареса — не только наименование одной из секций станции «Ренессанс», соседом которой является, очевидно, «Рем», но и намёк на ту самую легенду о детях, вскормленных волчицей, что основали Рим — не без братоубийства из-за жажды власти. И весь этот символизм здесь… чисто символический. Не в пример «Прометею» с «Заветом», совсем уж дикие смысловые сальтухи здешний сценарий не крутит. Он давит на другие рычажки в сознании зрителя. Он делает красивый и будто гвоздём пришибающий к экрану космический «выживач», в который хочется и вполне себе удаётся с головой погружаться — вместе с не шибко могучей кучкой боевых малолеток бродить по безлюдной металлической махине, где никто не услышит ваш крик, то опасаясь каждого шороха, то суматошно давая отпор иноземным обидчикам, норовящим либо превратить вашу грудную клетку в инкубатор для будущего потомства, либо банально изрезать сопротивляющееся тело на лоскутки.
И пофиг, что с первых же минут ясно, кто из персонажей когда помрёт, а фильм не позволяет проникнуться бытом и характерами героев, пока ксеноморфы томятся в тени, как это было в эпохальном оригинале. Да и запоминаются из этих самых бунтующих тинейджеров лишь двое: центральные лица картины, эдакая «лайт-версия» старушки Эллен Рипли в исполнении Кейли Спейни, и её сводный брат-андроид, которого сыграл Дэвид Джонсон Фрэй. Все прочие, исключая, по техническим причинам, только «дипфейк» одного небезызвестного покойного актёра, — субъекты до обидного статичные. Иной скажет, что и тут не обошлось без удовлетворения треклятой голливудской «квоты», но средней температуры по больнице подобная ботва всё равно не портит.
В остальном, грамотное сочетание компьютерных и практических спецэффектов, включая дедовские аниматронику и пластический грим, множество бонусов для давних поклонников всего, связанного с брендом Alien, последовательное, ровненькое действо, от которого не хочется блевать по причине отсутствия в нём дурашливости и признаков современного щадящего блокбастера — этого ли не достаточно, чтобы констатировать появление на наших радарах классного экшена в целом и добротного «Чужого» в частности? Тем паче, что зритель не первую неделю данное кино активно поддерживает денежкой, и «Ромул», исправно окупая свой бюджет и коллекционируя овации критиков, грозится получить титул одной из лучших глав франчайза. И, к слову, уже успел стать вторым по сборам фильмом серии за всю многолетнюю историю существования ксеноморфов.
В чём же подвох? А нет его. Просто «Ромул», чёрт возьми, свеж и бодр.
Авторизируйтесь, чтобы оставлять комментарии: