Большие глаза

– Тим, смотрите, какие картины! Девочки на них маленькие, потерянные, грустные-грустные. И глазищи у них – во! Одобряете?
– Готично!
– Поможете нам спродюсировать фильм?
– Да что вы как не родные? Срежиссирую!
– Ой, может, лучше не надо?
– Вздор! Так о чём, говорите, ваша киношка?
– О художнице Маргарет Кин. Это история о бесправном положении женщины в американском обществе 50-х – 60-х годов.
– Фу, скукота. Какая-то бесхарактерная овца. А другие персонажи есть?
– Да, муж художницы – негодяй и плагиатор, нагло присвоивший себе авторство её картин и прославившийся благодаря своему коварству.
– Вот! Снимать будем про него, обаятельного мошенника-неудачника, мечтающего рисовать, но волей злой природы неспособного положить ни единого мазка на холст. Вы ни за что не догадаетесь, однако у меня даже есть талантливый кое-кто на примете для главной роли…
– Мы не собираемся приглашать Джонни Деппа.
– Я думаю, нам стоит пригласить Джо… ЧТО?!!
– Мы не собираемся приглашать Джонни Деппа.
– Как, совсем?!
– Совсем.
– А Хелену позовём?
– Нет.
– Ну, знаете. В подобных условиях невозможно работать! Что ж, по крайней мере, окрасим всё в мрачные чёрно-белые тона…
– Фильм запланирован цветным и светлым.
– В каждом кадре худосочные шпили готических соборов потянутся к небу, словно стремясь заколоть его!
– Сугубо в одном-единственном кадре.
– Да вы просто тиран. А что у нас с жанром?
– Приземлённая социальная драма.
– Бла-бла-бла, социальная-шмоциальная. Нужна сцена, как в фильме ужасов. Типа «Сияния»! Муж полностью слетает с катушек, гоняет семью по дому и кидает им в замочную скважину зажжённые спички, дьявольски хохоча!
– Но это реалистическое биографическое кино!
– Уверяю, всё так и было – тру стори.
– Вы даже не читали сценарий!
– А вдобавок героиню периодически накрывает, и в ходе сюрреалистических галлюцинаций ей мерещится, будто у всех вокруг громадные страшные глаза! Словно она попала в свою картину!
– Тим, вы в порядке?
– Я так вижу! Я ещё сделаю из этого говна бёртоновскую конфетку! А Джонни изобразит…
– Мы уже договорились с Эми Адамс и Кристофом Вальцем.
– Вальцем? Скоморохом, который у Тарантино мастер-класс по клоунаде демонстрировал? Нормальный мужик.
– Абсолютно безумный тип.
– Так и я о чём. Он всё равно что красная кнопка под прозрачной крышкой с надписью «Разбить в случае недоступности Деппа». Я раскрою его потенциал, выжму все соки, сниму все оковы здравомыслия и превращу в психопата, которого не стыдно в цирке показывать, когда его выпускают погулять из лечебницы. Скажу ему: «Кривляйся! Беснуйся! Валяй дурака! И рожу скорчь!» Градус шутовства будет нарастать постепенно, как бы пытаясь взять на слабо зрительскую веру в происходящее! А в конце мы покорим Эверест гротеска и устроим такой балаган, что Битлджус позавидует!
– Идейный посыл сцены суда очень серьёзен.
– Вот и я говорю: будет ржачно.
– Послушайте, данный проект для вас совершенно чужероден. Мы думали, вам понравятся депрессивные картины с пучеглазыми детишками и вы посодействуете запуску фильма, и только поэтому к вам обратились. Ваш стиль здесь совсем не подходит.
– Напрасно волнуетесь. На ваше счастье, я очень разносторонний режиссёр и всегда готов попробовать что-то новое.
– Кому вы звоните?
– Никому! …эй, пс-с-ст, Джонни, это я. Хочешь сыграть жену Кристофа Вальца?
– Немедленно бросьте телефонную трубку!