Король Стейтен-Айленда

У кого-то вся жизнь — сплошная комедия. У кого-то — драма. А кому-то доводится щедро хлебнуть и того, и другого.

Здешние героини считают, что выпустить пар можно походом в спа, к терапевту или в маникюрный салон. Здешний главный герой Скотт считает, что выпустить пар лучше всего помогает выпускание дыма — курение марихуаны. Или разукрашивание себя и окружающих татуировками. На самом Скотте уже более трёх десятков тату — видите, как много пара в человеке накопилось? Того и гляди котёл от давления взорвётся.

В первые полчаса Скотт и его товарищи — такие же диванные торчки — вызывают скорее ощущение неловкости, чем симпатию. Однако впереди ещё почти четыре пятых хронометража (да, фильм нетороплив и местами затянут), и персонажи успевают раскрыться. В первую очередь раскрывается сам Скотт, одновременно король и шут, пыхарь и хроник — это история его взросления, принятия потери и поиска пути в жизни.

Путь потерялся потому, что отец Скотта был пожарным и погиб при исполнении, когда Скотту было семь лет, а его сестра Клэр вообще ещё не родилась. Прошло семнадцать лет, но горечь утраты продолжает сильно влиять на всю семью, вызывая ссоры и даже влипание в криминал. Однако самое плохое уже случилось, и ничего хуже этого фильм на своих героев не обрушивает. Непоправима только смерть, а с остальным возможны варианты. Несмотря на обилие нецензурщины и травы, это так называемое «feel-good movie» — фильм, от просмотра которого становится легче на душе.

«Король Стейтен-Айленда» напоминает драму «Дело храбрых»: там тоже были и бравые пожарные, и даже свой превозмогающий салага-наркоман. Но ракурс другой: в протагонистах не глава отряда огнеборцев, а сын его погибшего сослуживца. Роднит две ленты и основанность на реальных событиях: «Король Стейтен-Айленда» наполовину автобиографический, исполнитель главной роли Пит Дэвидсон тоже в семь лет потерял своего отца-пожарного, только при иных обстоятельствах — во время трагедии 11 сентября. И тоже покатился по наклонной, приобрёл проблемы со здоровьем и учёбой, даже подумывал о самоубийстве. Выкарабкаться ему помогло то, что он научился выговариваться и смеяться — Дэвидсон стал успешным комиком. Веселье и творчество нередко растут из боли.

Как и в «Деле храбрых», финальные титры раскрывают, кому посвящён фильм, и показывают фото. «Король Стейтен-Айленда» посвящён Скотту Дэвидсону — погибшему отцу Пита. Семейственность усиливается тем, что в фильме сыграли сразу несколько Дэвидсонов: тут не только Пит в главной роли, но и его дедушка Стивен в роли, собственно, дедушки и сестра Кейси в роли невероятной Карлы.

Добавляет достоверности и Стив Бушеми в роли начальника пожарной станции. Он здесь вдвойне убедителен — ведь в 80-х сам четыре года проработал нью-йоркским пожарным, а после трагедии 11 сентября вернулся на свою старую станцию и неделю отработал 12-часовые смены, помогая разгребать завалы и искать выживших.

При этом «Король Стейтен-Айленда», как и «Дело храбрых», не делает из пожарных сияющих рыцарей без страха и упрёка. Они испытывают страх — как говорит начальник станции, все боятся, а если ты не боишься, с тобой что-то не так. Некоторые из них имеют проблемы с гневом, деньгами, личной жизнью, вредными привычками. Они не идеальны — и потому выглядят более живыми. Скотт даже испытывает облегчение, узнав, насколько неидеален был его отец. Идеализация способна морально давить — вспомнить хоть Гарри Поттера, которого все кому не лень сравнивали с его знаменитым отцом Джеймсом Поттером. Недаром Пит Дэвидсон очень уважает поттериану.

Аналогичная тема поднималась и в недавнем пиксаровском мультфильме «Вперёд»: там протагонист тоже потерял отца и тоже с интересом узнавал, каким тот был на самом деле. Человек — это не только его сильные стороны, но и слабые. Однобокое освещение приводит к плоскости образа и комплексам тех, кто пытается на него ориентироваться; разностороннее освещение позволяет передать многогранность личности и обрисовать её более правдиво. Правда — не менее важная сила, чем смех.

Помимо Дэвидсона и Бушеми в фильме очень хороша Мариса Томей в роли Мардж — матери Скотта и Клэр. Настоящая вдовствующая королева Стейтен-Айленда, яркая и обаятельная. У Томей вообще хорошо получаются такие персонажи — чуть ранее она сыграла (и ещё сыграет) тётю Мэй из «Человека-паука» и прочей комиксной киновселенной.

Кстати, о супергероях. Без них не обходится даже реалистичная драма-комедия: один из здешних персонажей угорает по Карателю и придумал собственного супергероя — Айс Флэша. Заодно фильм не забывает уважить другие тренды: он шутит про MeToo, Дональда Трампа, Канье Уэста, Jay-Z, миллениалов и всех, кто под руку попадётся. Герои смотрят «Судную ночь. Начало» (где, к слову, играла Томей, а действие разворачивалось на Стейтен-Айленде), «Губку Боба», «Игру престолов». В качестве саундтрека звучат композиции исполнителей DNCE, Fivio Foreign, Sofi Tukke. Но наиболее символична песня Кида Кади Just What I Am — и по смыслу, и по расположению в фильме, и по предыстории: именно творчество Кади в своё время помогло Дэвидсону перебороть суицидальные мысли.

Классики тут тоже хватает. В первую очередь — классических тем. Что хуже: иметь и потерять или не иметь вовсе? Как замедлить быстро летящее время — и стоит ли его замедлять? Что будет с птенцами после того, как они вылетят из гнезда (или будут выпихнуты оттуда)? И разумеется, привычное отцовско-сыновнее сближение — совместный поход на бейсбол; привычное обращение с новичками — прикольнуться и записать всё на видео; привычное проявление доверия — подставить товарищу спину, чтобы он её прикрыл. Или покрыл татуировками. В фильме представлены два мужиковских «братства»: торчки-лоботрясы и пожарные. На удивление, между ними обнаруживается немало общего — в хорошем смысле. Дружба — она везде дружба (а тату и расслабон — везде тату и расслабон).

Последними двумя проектами режиссёра-сценариста Джадда Апатоу были документальные фильмы. И вот он наконец вернулся к художественным полнометражкам — после пятилетнего перерыва, самого длительного за свою карьеру. Его «Красотка на всю голову» вышла в 2015-м; кстати, именно там началось сотрудничество Апатоу и Дэвидсона, сыгравшего маленькую роль пациента доктора Коннерса. Новый фильм, может, и не станет главным украшением фильмографии Апатоу: он не отличный. Но вполне хороший. И светлый, причём не только морально, но и погодно: съёмки велись в июне и июле, поэтому на экране солнечность и тепло. На душе героев хватает дождевых туч, а порой даже грома и молний, но «погода в доме» постепенно (о-о-очень постепенно — не забываем про почти два с половиной часа хронометража) синхронизируется с погодой за окном. Стейтен-Айленд — не только самый удалённый и нестатусный из нью-йоркских округов, но и так называемые «лёгкие Нью-Йорка» — и фильм, наполненный солнцем и зеленью (отнюдь не только наркотической), дышит полной грудью.