Владелец всея «Сезаров» режиссёр Абделатиф Кешиш выбрал удачное время, чтобы снять ленту о нетрадиционных человеческих отношениях, – по Франции как раз прошла волна соплей-воплей о легализации однополых браков. Результат работы: две «Пальмовые ветви» и восторженное одобрение со стороны европейских критиков.
Сложные фильмы любят, их обсуждают, на них… кхм, молятся – однако «Жизнь Адель» для восприятия так же проста, как валенок, и остаётся в этом положении до самого конца.
Неоправданно растянутая на три часа лента во всех подробностях и, преимущественно, крупным планом, тягуче и слюняво вещает об этой самой жизни Адель. Хотя если во время сеанса вы отлучитесь в туалет, спуститесь с четвертого этажа покурить на улицу, станцуете румбу в холле, а потом, по какой-то неясной вам причине, таки решите вернуться в зал – вы ничего не пропустите, а сюжет всё равно продолжит складываться в вашей голове ровным слоем.
С художественной стороны здесь нет ни одного даже самого дохлого новшества. Монтаж прихрамывает на обе ноги, актёры посредственно отыгрывают свои роли (из списка можно выделить только Леа Сейду – она действительно кажется глотком воздуха). Об уникальности сюжета говорить также не приходится: каждый четвертый фильм повторяет похожую любовную историю, и если, к примеру, заменить Мальвину-лесбиянку на смазливого парнишку, то какой там уже Каннский фестиваль, боже упаси.
Из плюсов, наверное, можно выделить натурализм всего действа – до мельчайших деталей освещается даже процесс пережёвывания макарон (именно за это умение Адель Экзаркопулос и получила свою роль во время собеседования). Походы в туалет, к счастью, не освещаются – это второй плюс. К сожалению, больше ничего так сразу в голову и не приходит.
Кстати, об Адель. Главная героиня на протяжении пяти лет не развивается ни внешне, ни морально, ратует за образ типичной домохозяйки со сковородками и детьми (пока не своими), протестует против собственного творческого потенциала (а был ли мальчик?..) и вообще ужасно напоминает Беллу Свон.
Возвышенная любовь, всеобъемлющая нежность, тонкость чувств – всё наобещанное плакатом и трейлером вычеркнуто к чёртовой бабушке, в кадре правит бал царица Похоть. Как за ней разглядеть печальную повесть со Смыслом – не понятно. Если сократить сцены откровенного порно, то пугающий хронометраж, кажется, мог бы уменьшиться вдвое. А так следует приготовиться к едва ли не анатомическим подробностям акробатических совокуплений в море необузданных соплей; совсем стыдливым скромникам лучше насладиться всеми этими лесбийскими радостями на домашнем экране, в гордом одиночестве.
Кино позиционируется как «созерцательное», хотя куда больше ему подходит определение «пиздострадальческое». Возможно, проблема в том, что у режиссёра сугубо мужской взгляд на эту историю, которую Жюли Маро в первоисточнике представила в совсем ином свете. У них по-разному расставлены акценты и выведены причинно-следственные связи – Кешиш напирал на социальное различие персонажей, тогда как Маро раскрывала проблему неприятия подобных отношений обществом.
Не подкрепленная ничем, кроме неоднозначной естественности, лента совершенно не способна удерживать внимание такое количество времени.
Авторизируйтесь, чтобы оставлять комментарии: