Тихоокеанский рубеж

«Тихоокеанский рубеж» – кино, которое вызывает бурю самых разных эмоций во время просмотра, но после его завершения повергает в пучины отчаяния, печали и безысходности. Причин тому множество: от недостатка восхищенных эпитетов, заставляющего помутившее от восторга сознание порождать нежизнеспособные и маловразумительные неологизмы в духе «охупиздиневротвъебенительно», и до искренней жалости к той части человечества, которая в силу разнообразных причин не в состоянии оценить и прочувствовать всю охупиздиневротвъебенительность фильма.

В первую очередь, конечно, жалко тех несчастных, кого угораздит отправиться на сеанс в херовый кинотеатр (а то и вовсе посмотреть какую-нибудь богомерзкую экранку) – тем и картинка покажется слишком тёмной, и экшен невнятным, и Кайдзю невпечатляющими, и не придётся им трепетать и вжиматься в кресло от масштабов действия, окончательно уплыв по волнам мощного эпического саундтрека… В общем, если и есть в мире кино, которое надо смотреть всенепременно и исключительно в IMAX, то это «Тихоокеанский рубеж».

Потом жалко зануд и нытиков. Эти вместо того, чтобы наслаждаться визуальной феерией, которая творится на экране и процентов на восемьдесят состоит из кадров, вполне достойных быть обоями рабочего стола любого поклонника эффектного фантастического арта (причем речь далеко не только об экшен-эпизодах), будут ныть и занудствовать. Самые упоротые начнут предъявлять претензии к реалистичности, но главным аргументом, само собой, станет «сюжет – говно» во всевозможных вариациях. Что, разумеется, совсем не так. Сюжета в «Тихоокеанском рубеже» попросту нет. Вернее, он практически не выходит за рамки святой простоты аннотации и открывающей закадровой речи. Но сюжет здесь вполне успешно заменяют персонажи, которые вышли и самобытными, и колоритными, даже находясь в рамках известных характерных шаблонов типа «суровый генерал», «ученый-ботаник», «матёрый вояка» или даже «главный герой с прошлым». А удивляться тут нечему: режиссёр-сценарист Гильермо дель Торо знает толк в интересных героях и умеет их грамотно представлять и заставлять взаимодействовать.

Впрочем, зануды и нытики хотя бы получат извращенное удовольствие от собственного нытья и занудства. А вот, кому, увы, ничего не светит, так это тем, кто умудрился с особой жестокостью замочить своего внутреннего подростка, расчленить тело, расфасовать по мешочкам и закопать где-то на заднем дворе собственного подсознания, залив для верности проклятое место бетоном. Ведь в противном случае этот самый внутренний подросток грозит восстать, захватить власть над мозгом и бурно оргазмировать раз в три минуты от запредельной крутости творящегося на экране, а затем — снести к чертям уютную и упорядоченные полочку в мозгу с пометкой «любимые режиссёры», водрузив на её место постер с интеллигентного вида пухлым бородачом в очках. А так называемые «взрослые» и «зрелые» люди, видимо, не увидят ровным счетом ничего впечатляющего и интересного в том, как роботы размером с небоскрёб и циклопические чудовища крушат друг друга с запредельным пафосом (и уж поверьте: в кино оно смотрится ровно настолько шикарно, насколько звучит, и иногда — ещё шикарнее).

А особенно жалко режиссёра Майкла Бэя, чьи трансформеры выглядят размалёванными игрушками рядом с суровыми Егерями, а уж их разборки и вовсе кажутся вознёй в песочнице по сравнению с брутальными замесами с Кайдзю. Гильермо вчистую переиграл Майкла на поле, которое тот привык считать своей вотчиной. После «Тихоокеанского рубежа» нам на месте Бэя было бы очень, очень, очень стыдно делать четвёртых «Трансформеров» в духе второй или третьей частей. Да что уж там, и в духе первой тоже.

Но чёрт с ними, с печалью и жалостью: счастья и радости нежной киноманской натуре фильм доставляет несоизмеримо больше. Хотя бы потому, что такого яростного, пафосного, впечатляющего, распаляющего душу и воображение экшена под ядерный саундтрек мы не видели, пожалуй, со времён «300 спартанцев», причем «Тихоокеанский рубеж» выступает с ними на равных, а местами даже и затыкает за пояс теперь уже классику от Зака Снайдера.

И потому, что столь целостного, выверенного, пролетающего на одном дыхании блокбастера не появлялось, наверное, после первого «Звёздного пути». А ещё потому, что дель Торо ни капли не изменил себе, засадив в фильм все свои фирменные фишки: жутких щупальцастых монстров, внутренности жутких щупальцастых монстров и Рона Перлмана (как никогда охуенного Рона Перлмана). Да и, наконец, потому, что это же, бля, грёбаные гигантские монстры против грёбаных гигантских роботов! Куда уж круче?

Но самое главное – потому что всё это, собранное воедино, доставляет два сказочных часа непередаваемого чистого кинематографического наслаждения. И это — восхитительно.