Жизнь как чудо

Эмир Кустурица давно запатентовал себя как культовый режиссер, и его новоиспеченный фильм полностью отвечает типичному почерку мастодонта югославского кинематографа. Все типичнейшие национальные прибамбасы, присущие этому киноделу, сохранены. Народная музыка, а также прочие атрибуты — гарантируются.

И всё бы ничего, но заметно, что автора подзамкнуло на своем стиле, что ничегошеньки нового мы не увидим. Смотришь и подмечаешь: это уже было, и это уже было, и такую ситуацию уже видывали, да не раз. В этом смысле те зрители, что не смотрели предыдущих фильмов Кустурицы, находятся в более выгодном положении. Их сознания не подвергаются атаке со стороны многочисленных ассоциации, параллелей и дежавю.

Оптимальный оптимизм

Автор «Жизни как чудо» явно считает, что поход в кино должен приносить зрителям одни лишь радость и удовольствие, а если оратор шутит реже, чем раз в десять минут, слушатели начинают скучать. Именно поэтому старательно отобранные шутки-мишутки повторяются с завидной регулярностью. Как только возникают продолжительные диалоги с претензией на серьезность или пафос — ждите прибауток. Режиссер как бы опоминается, и быстренько вставляет в повествование какую-нибудь забавную вещицу.

В анонсах говорится, что, дескать, мы вот тут сделали картину, обнажающую нелепость и противоестественность войны. На самом деле у авторов получилось — совершенно загадочным образом, надо сказать, — продемонстрировать комичность войны. Это, знаете ли, когда снайпер рассматривает в прицел голую девичью попку, а при бомбежке герои мажут вареньем шахматы — для пущей устойчивости. Таким вот образом и формируется некое типично Кустуричное отношение к жизни. Однако если в предыдущих фильмах режиссера присутствовала некая смутно трагическая подоплека, то здесь она несколько (и совершенно зазря) погашена.

Сахар – рафинад

Каждый герой «Жизни» вызывает у зрителя сильнейшее умиление. Есть подозрение, что во время съемок все непрерывно угощали друг друга сладостями и вином — для поддержания хорошего настроения. Все до того здорово, мило и сахарно, что спустя какое-то время хочется ввести новый термин для характеристики предметов и явлений окружающего мира — «кустуричный». И использовать его по прямому назначению — кустуричный человек, кустуричный вечер, кустуричная обстановка…

На фоне всех этих «ути-пути» абсурдно и неестественно смотрятся патетико-драматические сцены. Становится некомфортно и очень неудобно за актеров. Возникает непреодолимое желание дать им валерьяночки и напомнить о чем, собственно, идет речь в этом кино.

В некотором роде поражает воображение и визуальная компонента. Пространство экрана наполнено всякими штучками, штучечками и штуковинами: от гамака напротив железнодорожных рельсов до пухлых танцующих близнецов. При этом никого уже не удивляет, что самые яркие и запоминающиеся персонажи – это животные. Моими, к примеру, фаворитами стали прожорливый кот и влюбленная ослица.

Эти миленькие детальки, конечно же, не окончательно выбиваются из контекста, но и нельзя сказать, что они органично в него вписаны. Как-то вдруг так получается, что фильм весь построен именно на этих фишечках, а развернутая и интересная драматургия здесь и не ночевала.

Увы, самые выигрышные моменты эпизодичны или оторваны от главной сюжетной линии. «Жизнь как чудо» производит стойкое впечатление двухчасового ералаша, который спокойно можно было бы разбить на десяток другой короткометражек. И все были бы счастливы.