Вторая жизнь Уве

Ханнес Холм сел читать книгу про старого ворчуна, пребывая в хрустально незамутнённой уверенности, что она юмористическая. А потом снял по ней фильм, на котором зрители плачут — совсем не от смеха. Вины режиссёра тут нет: он не махал волшебной хлопушкой и не варил из лука, черновиков «Хатико» и зарплатных ведомостей зелье для превращения весёлой истории в грустную. История изначально была представителем редкой тянитолкайской породы — комедией-драмой.

Сюрпризом для Холма стал не только жанр книги, но и масштаб её успеха: у себя в Швеции «Вторая жизнь Уве» сделалась лидером продаж, да и в списке бестселлеров «Нью-Йорк Таймс» красуется уже двадцать четыре недели — причём даже спустя полгода сидит высоко, на почётном втором месте. По словам режиссёра, знай он заранее о такой титулованности первоисточника, браться за экранизацию было бы страшно. Но заглянуть в будущее Холм тогда не мог и со спокойной душой повернулся лицом к прошлому: режиссёр увидел в книге людей, похожих на своих родителей, — такова первая из двух ключевых причин создания фильма. Вторая причина — любовь. В истории Уве есть она — «настоящая, верная, вечная любовь», как у Булгакова; символично, что при знакомстве героев девушка читает «Мастера и Маргариту».

Хотя поначалу ничто не предвещает романтики и прочей музыки, играемой на тонких струнах душ человеческих. С первых же секунд титульный герой — железнодорожник пенсионного возраста — разжигает конфликт с той непринуждённой лёгкостью, какой могут похвастать опытные метробабки и другие внештатные защитники правопорядка. И в дальнейшем не раз пинками возвращает заблудших овец на путь истинный, получая в ответ лютую, бешеную симпатию всей округи.

Впрочем, находятся странные люди, которые постепенно проникаются к «злому старому чёрту» — такое определение даёт герой самому себе — симпатией во вполне прямом, не ёрническом смысле. Даже видят в нём образец для подражания, считая, что таким и должен быть настоящий мужчина (недаром в оригинале книга и фильм называются «Мужчина по имени Уве»). Особенно много подобных чудаков обнаруживается по эту сторону экрана: у себя дома фильм собрал почти столько же, сколько у нас недавний блокбастерный «Экипаж», — чуть больше 20 миллиона долларов, показав один из лучших результатов среди шведских фильмов в шведском же прокате.

В чём секрет обаяния Уве? Не только в остром языке, выражении лица а-ля Соус Тардар и забавном бодании со всем непривычным (к примеру, его автомобильный патриотизм неоднократно вызывает улыбку: «Четыре нуля на радиаторе и пятый за рулём!» — какой ещё характеристики «Ауди» и её владельцу ждать от потомственного адепта «Сааба»?). Даже не в бодрящем ощущении экстрима — хотя общение с Уве сродни жонглированию кактусами. Дело в том, что Уве наравне с героями «Вверх» и «Дома из маленьких кубиков» прячет за суровым неприступным фасадом большое сердце. К сожалению, иногда «большое сердце» — это очень грустная штука.

Не-шведов фильм привлекает ещё и срезом скандинавской жизни. Локации, быт, люди — всё словно повзаправде. Режиссёр говорил, что во время съёмок ему даже попадались такие вот «Уве» во плоти — бдительные обыватели, с подозрением следившие за хлопотами киношников. Некоторые детали могут быть в новинку иностранному зрителю — скажем, конфискация велосипедов или чёрный юмор, строящийся вокруг кое-чего, на что способен излишне возбудиться Роскомнадзор; ну и пусть, тем любопытнее знакомиться с обычаями других земель. Сентиментальность и почти карикатурные в своих каверзах чиновники, не гнушающиеся зловещих намёков и показного оттаптывания чужих больных мозолей, тоже не помеха: лента же не документальная, ей не грех слегка поступиться реализмом ради более важных вещей. Ради того, чтобы «невидимый герой» стал видимым, а почти-невозможное — сбылось.