Тем больнее падать

К фильму Джеймса Сэмюэла поначалу можно испытать предубеждение, памятуя о повышенном внимании общественности к движению Black Lives Matter, особенно активизировавшемуся после смерти Джорджа Флойда. После периода расовой дискриминации, продолжавшегося до 1960-х, общественность стала оказывать национальным меньшинствам повышенное внимание, ставя в неравное положение уже белое население США. Поэтому идея снять «чёрный» вестерн поначалу выглядела весьма неоднозначной. Тем более постановщик уже снимал нечто подобное в 2013 году.

Сэмюэл прежде занимался музыкой и был известен под псевдонимом The Bullitts. На этом поприще он снискал немалый успех, выразившийся в хороших кассовых сборах и приглашении на должность музыкального продюсера в фильм База Лурмана «Великий Гэтсби». Однако сочинение песен не позволяло в полной мере проявиться таланту Сэмюэла, и он стал режиссёром, с самого дебюта осваивая малохоженную тропу вестерна про чернокожих. Понятно, что все события его фильмов вымышлены — в те годы за разговоры о «чёрном» Диком Западе можно было получить пулю от несдержанного белого ковбоя, однако в наши дни расисты в явном меньшинстве — его новый фильм получил хорошие отзывы от критиков и, скорее всего, окупит себя в прокате.

Конечно, «белый» Дикий Запад придумали белые, как бы тавтологически это ни звучало. Вестерны снимали в Голливуде чуть ли не со дня его основания. Ну о каких чернокожих ковбоях вообще могла идти речь, если в шедевре Дэвида Уорка Гриффита «Рождение нации» для изображения афроамериканцев— белых гримировали в чёрных. Претерпевая лишения в реальной жизни, чернокожие почти не имели возможности построить карьеру в кино. Так и возникла традиция вестернов с практически сплошь белыми ковбоями, над которой глумится Джеймс Сэмюэл, населяя свой фильм почти сплошь афроамериканцами. «Белый» город появляется ненадолго, но лишь как часть карикатуры — всё белое, включая одежду и дома граждан. Настоящий рай для расиста, краткая передышка в «чёрном» вестерне Сэмюэла.

Если в титрах видишь имя продюсера Лоуренса Бендера, жди явление призрака Тарантино народу. Так оно и вышло — режиссёр явно постигал постмодернистский дух в фильмах Квентина, далеко отставив работы классиков «белого» вестерна Джона Форда и Сэма Пекинпы. Тарантино до расовых тем не было никакого дела — он постмодернист до мозга костей и никогда не вкладывал в свои фильмы какие-либо социальные посылы.

Вот и Джеймс Сэмюэл не имеет никакого отношения к «униженным и оскорблённым» чернокожим активистам Black Lives Matter. Он топчет не занятую поляну «чёрной» темы в прежде «белом» жанре, занимается деконструкцией вестерна подобно Джиму Джармушу и тому же Тарантино. Герои произносят напыщенные речи, визуальный формализм соседствует с мелодрамой а-ля Hallmark. При этом среднестатистический поклонник жанра, способный перенести героев с другим цветом кожи, получит насыщенное действием повествование, где герои сначала стреляют, а потом говорят. Хронометраж растянут на более чем два часа, что очень много для типичного вестерна, но перед нами вестерн нетипичный, а именно постмодернистский фильм, составленный из отсылок к другим фильмам, а также иронии над мифами и представлениями людей, как было в ту пору.

Режиссёр уверен, что его идея о сплошь «чёрном» Диком Западе ничем не хуже сплошь белых героев вестерна. Если таких фильмов станет больше, то они сами создадут миф о чёрных ковбоях, и понадобится незаурядный ум историка Мединского, дабы разъяснить, как было «на самом деле».

Но можно и не вступать в споры относительно расового состава ковбоев Дикого Запада, а заключить, что перед нами почти эталонный развлекательный фильм наших дней. Это динамичный, ироничный вестерн, где нет ни грана реализма, а наоборот, режиссёр при помощи стоп-кадров и чуть более длинных, чем надо, пауз подчёркивает, что это лишь кино, в котором напрасно искать какой-либо подтекст. Хотя сторонники BLM вполне могут принять шутку чернокожего режиссёра за чистую монету и серьёзно говорить о наступлении «наших» даже в таком традиционно расистском жанре, как вестерн.