Легавый — 03

Поражение Юга в Гражданской войне ощутимо повлияет на умы и настроения американских граждан, сильно изменив их отношение к чернокожему населению. Но до благословенного берега подобных метаморфоз ещё очень долго предстоит добираться по полноводной реке крови и слёз.

Площадные проповеди расистов, линчевание, погромы и казни, учиняемые ку-клукс-клановцами, – увы, привычный фон для того неспокойного времени. Упрощённое военное правосудие – вещь повсеместная и вневременная. С ней приходится мириться, но только не там, где закон и порядок худо-бедно поддерживается регулярной полицией.



С одним из таких случаев приходится столкнуться идущему на поправку детективу Коркорану. Убит владелец конюшни – некий О’Коннор, выходец из Ирландии, который давеча со своим дружком задирал преподобного Гарланда прямо на пороге сиротского приюта. Тень подозрения падает на божьего человека, который к своему несчастью уродился темнокожим. В Файв Поинтс многие верят в виновность преподобного по принципу «ты виноват уж тем, что хочется мне кушать». Чернокожий – преступник априори. Гарланд под стражей, а дочь покойного баламутит народ, грозя стать тем зажжённым фитилём, что взорвёт пороховую бочку. Полицейские, всерьёз опасаясь бунта, нервно хватаются за воротнички, начальство рвётся повесить Гарланда без суда и следствия. Коркоран уже и сам готов поверить в виновность подозреваемого. Но тем он и отличается от остальных, что не спешит рубить сгоряча.

К слову, витающие в воздухе настроения на какое-то время образуют трещину и в отношениях фронтовых товарищей. Мэттью Фримэн, тайно помогающий Корки в качестве патологоанатома, отказывается верить в виновность Альбина Гарланда. Всё осложняется ещё и тем, что улик у полиции нет. Единственная существовавшая на поверку оказалась несостоятельной. По счастливому стечению обстоятельств убийцу найти удаётся, но легче от этого поначалу никому не становится. В конце концов, и на этот раз детективу приходится идти на непопулярные меры, чтобы спасти невиновного и предотвратить бунт. Нормы правосудия на время отодвигаются в сторонку, чтобы предоставить главному герою сделать правильный выбор из двух зол.



Между тем, история с медальоном жены, который разыскивает Кевин, сдвигается-таки с мёртвой точки. Вещица, наконец, всплывает на поверхность. И не сглупи Молли, напялив побрякушку, история могла бы пойти по совершенно иному пути. Но Ева, ревнующая своего любовника к его прошлой жизни, не собирается так просто выпускать из своих рук мужчину, да ещё при такой полезной профессии. Хозяйка борделя решает взяться за поиски сама, и поиски эти получают весьма неожиданное продолжение…



Не забываем и об обитателях Пятой Авеню, которые увлечены собственными важными делами: молодой Морхаус то ли в помощь отцу, то ли в каких-то своих интересах (что скорее всего), вдруг озадачивается новой, довольно странной с точки зрения выгоды покупкой. Да как бы и чёрт с ним, но когда к своим финансовым играм он привлекает Фрэнсиса и при этом за внушительную сумму просит ни слова не говорить Коркорану…



Элизабет Хеверфорд продолжает нахваливать детектива, интересуется его мнением о современной живописи и быстренько выпрыгивает из траурных платьев в те, что выгоднее подчёркивают зону трепетного декольте. Детектив при каждой встрече дышит всё чаще, поминутно сглатывает слюну, не забывая отдать должное мастерству живописца. И, кажется, выходка Энни, возревновавшей Кевина к своей опекунше, это самое малое, что может повлечь за собой едва зацветающий роман.

Дело Гарланда в третьем эпизоде играет важную роль, но не имеет первостепенного значения. Куда важнее, чем обернётся дальше дело с медальоном, что замышляет Роберт Морхаус и как скоро детектив сменит бордельную мамку на благородную леди. Ну ладно, последнее, может, и не особенно важно, но вот впутавшийся в финансовые махинации друг и пропавшая жена – это то, что касается детектива Коркорана прежде всего. И остаётся надеяться, что хотя бы одна из этих жизненно важных проблем разрешится для него удачно.