Берсерк (1998) — 13–14

Наверное, ни одна из сцен «Берсерка» не известна так широко, как битва Гатса с сотней воинов. Есть в ней что-то завораживающее (особенно во всех этих фонтанах крови). Есть какая-то простая красота (с летящими во все стороны кишками). Есть некое чистое упоение битвой. Есть просто воин и его меч. Не важно, за что герой борется. Не важно, за кого. Не важно, убивает он хорошего человека или плохого. Важно лишь, куда будет направлен следующий удар.

И вполне очевидно, что аниматоры OLM постарались сделать битву с сотней максимально зрелищной. Анимация грациозного разрубания толпы противников радует глаз невиданной для сериала плавностью, Гатс делает больше одного замаха до смены ракурса, крупные планы, и раньше радовавшие прорисовкой, поражают детализацией мимики героя. Чёрт, авторы даже на слоу-мо потратились… или сэкономили? Не важно, тут есть слоу-мо.

Но главное — они донесли до зрителя то самое упоение битвой, смысл той самой животной ухмылки Гатса, предшествовавшей мясорубке. И вот уже в который раз я не перестаю удивляться таланту сотрудников OLM передавать настроение сцены, тому, как с ограниченными ресурсами они умудряются создать эпическое полотно, которое и по сей день куда больше ассоциируется с «Берсерком», чем новомодные экранизации, фокусирующиеся в первую очередь на экшене.

Конечно, стоит учитывать, что из-за сериального формата у аниматоров OLM было гораздо больше времени, чем у авторов тех же полнометражек, и они могли себе позволить тихие спокойные сцены, раскрывающие персонажей. Но ведь и те нужно уметь делать, причём не так, чтобы зритель засыпал во время монологов рефлексирующих персонажей, как бывает в отдельных современных фэнтезийных аниме.

И здесь разговор Гатса с Каской после битвы с сотней — отличный пример аккуратно поставленной тихой сцены. В ней нет лишних деталей, нет мельтешения. Лишь Каска, обрабатывающая раны Гатса на холме, возвышающемся над лагерем Соколов. Даром что наш страдалец перешёл в режим философа и начал вещать метафорами, продолжая размышлять над словами Гриффитса о мечтах и дружбе, беседа не выглядит неестественной. И уж тем более скучной. Нет, она лишь спокойно показывает, как изменилась Каска и как она начала вести себя более женственно в присутствии Гатса. И как изменился сам герой, осознавший, что он всего-навсего прохожий, пришедший погреться у огня Соколов.

Изящная постановка кадра, отсутствие мельтешения, разговор по делу (а не пространные страдания ни о чём), раскрывающий героев, и спокойная, почти сливающаяся с природным фоном музыка. Казалось бы, простейшие составляющие, но из них в OLM соткали сцену, которая не только дополняет отличную битву с сотней, но и задаёт окончательный вектор нашим героям, которые уже начинают движение в сторону грядущей кульминации.