Берсерк (1998) — 17–19

За три эпизода Гриффитс успел стать генералом, умереть, воскреснуть, сжечь королеву Мидланда, сходить на похороны, проиграть на дуэли Гатсу, трахнуть принцессу, оказаться пойманным королевской стражей. Человек продуктивно проводит время.

Вообще, поразительно, прошло уже почти двадцать эпизодов, во многих из которых Гриффитс играет не последнюю роль, но о самом командире Соколов мы не знаем практически ничего. Мы знаем его мечту, но не знаем, что за ней стоит. Мы знаем, что он может в один момент быть беззаботным ребёнком, а в другой — хищной птицей, охотящейся за своей жертвой. Пугающий, но вызывающий восхищение. Добрый, но бескомпромиссно жестокий. Гриффитс остаётся загадкой, а о причине половины его действий можно только догадываться.

Потому оставив в стороне дворцовые интриги (которые пусть и круто исполнены, но мимолётны), поговорим сразу о главном событии — уходе Гатса из отряда Соколов.

В мотивации нашего страдальца сомневаться не приходиться: Гатс хочет идти своей дорогой, чтобы стать ровней Гриффитсу. С Каской тоже всё понятно: она начинает осознавать свои чувства к командиру ударного отряда, но всё ещё не хочет их признавать. Мотивы же поведения Гриффитса до конца не ясны. С одной стороны, мы имеем слова самого молодого генерала о том, что он не считает членов отряда Соколов за друзей. С другой — из раза в раз его действия противоречат его же словам.

Не единожды Гриффитс рискует ради Гатса, наплевав на свою цель, наплевав на свою жизнь. Но почему он так держится за страдальца? Виновата старательно не признаваемая им дружба или желание сохранить эффективный инструмент для достижения целей?

И лишь в 19-м эпизоде, когда Гатс наконец решает вырваться из лап Гриффитса, нам приоткрывают завесу тайны над разумом Юного Сокола. И как хотите, но дружбой я это назвать не могу. Да, для Гриффитса Гатс нечто большее, чем просто инструмент. Он по-своему близок и важен. Но это, как правильно понимает Гатс, не отношения равных людей. Гриффитс остаётся, по сути, собственником нашего страдальца. И собственником ревностным. Потому когда Гатс выигрывает свою свободу, Гриффитса и клинит. И вся сцена лишения девственности принцессы Шарлотты — вымещение Гриффитсом своих боли и обиды на первой удобной жертве. В ней нет чувственности и страсти. Есть только жестокая целеустремлённость, вылившаяся в роковую ошибку для юного генерала.