Обыкновение выцеживать юмор из пошлых моментов присуще в первую очередь низкопробным молодёжным комедиям американской сборки. Как печально известный архетипический пример можно привести сложные, порочные отношения подростка и пирога, служившие источником неловкости равно как для героя, так и для зрителя. «Неудачники» тоже охотно лезут на территорию выделывания излишне физиологических кренделей, но с одним важным отличием. Мерзавцам нисколечко не стыдно, более того – за свои бесславные подвиги они испытывают непередаваемую гордость. Распорядись судьба так, что Руди случилось бы огулять кондитерское изделие, то с него бы сталось нацепить футболку с надписью «Да ебал я этот пирог!» – а затем ещё долго досаждать окружающим самодовольной ухмылкой и рассказами о своих сомнительных сексуальных победах.
Если вы снайперски сблевнёте кому-то в капюшон, едва ли это будет восприниматься как венец остроумия. Вот и в Руди вызывает уважение не то, что он за милую душу ссыт в раковину, а то чувство глубокого удовлетворения, с которым он это делает, словно спасает котёнка из горящего дома. Такая непоколебимая непрошибаемость вкупе с желанием невозмутимо наслаждаться жизнью даже в не самых её благообразных проявлениях не могут не располагать к себе.
Авторизируйтесь, чтобы оставлять комментарии: