Голодные игры: Сойка-пересмешница. Часть 1

Астрофизики тихо посмеиваются над фильмами про космос, историки – над пеплумами и костюмными драмами, а политики сгибаются пополам при виде нынешних антиутопий. Сценарий всех киношных революций прост, как майка с Че. Если верить этим остросоциальным лентам, то народ хлебом не корми, дай только тирана свергнуть. Отважным революционерам нужно лишь направление указать, дескать, сатрап вон там, а дальше озверевшая толпа сделает всё сама. У мятежника в одной руке шина, в другой – «Молотов», а в зубах плакат с броским лозунгом. Видите, мотивацию просто некуда пристроить, разве что самую маленькую – чтоб в нагрудном кармане поместилась.

После таких отчаянно смешных комедий, как «Время», «Элизиум» и «Дивергент», политиканы уже предвкушали свежую потеху в лице новых «Голодных игр». В трилогии (жадн. прод. «тетралогии») ведь назрело народное восстание. Голодные невзлюбили сытых, и вообще гусь свинье не товарищ. Сейчас как покажут этим разукрашенным свободу с равенством да как навалятся всем братством! Китнисс – народу; пафос – подросткам; кассу – прокатчикам.

Однако Френсис Лоуренс стирает снисходительные ухмылки с лиц «капитолийцев» первыми же кадрами. «Вьетнамский синдром», информационная война, амбивалентные повстанцы – такую революцию нам если и показывали, то очень давно. Распилив последнюю книгу трилогии, меркантильные продюсеры в кои-то веки совершили доброе дело. Вместо «баррикадного» экшена и дешёвых месседжей (СМИ лгут! Диктатура – это плохо!) Лоуренс демонстрирует нам настоящую анатомию восстания, на редкость реалистичную для «антиутопии для девочек».

Свои птичьи мозги сойка-пересмешница наконец-то поменяла на нестыдный орган, в который даже мысли не тушуются забредать. Обезьяний цирк под названием «Голодные игры» уехал, оставив после себя только клоунов в лице Эффи и Хеймитча. Вместо расписных шатров теперь сплошь руины и пепелище, вместо пёстрого Капитолия – панемский Зион. Местное войско машин нахрапом не взять, поэтому главная война разворачивается в матрице – на экранах телевизоров.

Информационная война значительно уступает реальной в зрелищности, однако выглядит гораздо изобретательнее. Как бы так поместить Китнисс в кадре, чтобы народ воодушевить? Может быть, на фоне развалин? Или в госпитале? С флагом в руках? Меняются съёмочные площадки и лозунги, но мораль остаётся прежней: сподвигнуть плебс на восстание способна лишь искренность. Шах, политтехнологи! Кто бы мог подумать, что «Голодные игры» сыграют на том же поле, что и «Плутовство» Барри Левинсона!

В информационные баталии изящно вплетена любовная линия. Телевизионным оппонентом Китнисс оказывается не кто иной, как Пит Мелларк, что добавляет перца в пропагандистскую «перестрелку» повстанцев и Капитолия. Гейл же явно посмотрел на досуге «Сумерки» и рассудил, что сопливые страдания – удел вампиров с оборотнями.

На таком фоне визуальных красот нисколько не жаль. «Голодные игры» слишком долго кормили нас зрелищами, начисто забывая о пище для ума. «Сойка-пересмешница. Часть – 1» наконец-то накрывает стол не для глаз, а для мозга. Зрение же обойдётся и сухим пайком в виде пары сбитых самолётов. Всё равно через год для него подвезут целый обоз с хлопушками и фейерверками.