Спартак: Война проклятых — 3x08

Какая-то польза в предопределённости, конечно, есть. Когда ты более или менее готов к тому, что ждёт впереди, сюрприза из событий не получается, а к горечи или радости от увиденного хотя бы не примешивается шок. В общем, отгремела восьмая серия «Спартака», и многие наверняка понимают, о чём я…

Армия повстанцев спаслась от суровой зимы – Мелийский перевал позади, как и войска преследователей. Жаль только, они не столь же неподвижны, как оставшиеся за спиной горы… Римские легионы дышат в шею, подгоняемые Крассом, а его самого подгоняет жажда крови и смятённые мысли о Коре. Что ж, не впервой женщине оказываться яблоком раздора или последней каплей в чаше весов, с трудом сохраняющих равновесие. Вот и Красс вышел из себя, хотя до этого времени оставался практически непоколебимым. 

Но сбежавшая рабыня, конечно, не основная причина. Зарождающиеся сомнения питает исключительность нынешнего противостояния. С ходом времени охота гончих на дичь, задача которой обычно в том, чтобы сбежать от ощеренных пастей, здесь превращается в битву равных. Гонители так же точно боятся гонимых, но преследуют уже не только потому, что жаждут славы. Провал кампании грозит гибелью. Избиением Метелла Красс усугубляет положение, сжигая за собой мосты и оставляя только один возможный исход – подавить восстание. Хотя для повествования такой ход выигрышен: раскрывается эмоционально-психологический портрет персонажа. Красс не каменная глыба с вечно стынущей на губах полуулыбкой, он может ошибаться, сомневаться и быть уязвимым. Его гложет злость на то, что никакие деньги пока не могут возвысить его до положения откровенно презираемого им Метелла. 



Не утихают страсти между Цезарем и Тиберием. И уже, как пить дать, не утихнут до тех пор, пока кто-то из двоих не окажется в земле. После того страшного унижения, которому подверг Гая Юлия молодой Красс… Самое меньше, что может ждать мальчишку – долгая, мучительная смерть. С другой стороны, между этими двумя всё как в сложной системе противовесов – у обоих в распоряжении информация, которая в состоянии уничтожить противника, но они не спешат бросаться козырями, выжидая. На войне, как-никак, каждый новый день несёт с собой перемены. И в оставшихся двух эпизодах не может не подвернуться случай, который позволит Цезарю взять реванш.



А в ставке Спартака прозвучало, наконец, решение, которое мы слышали и со страниц романа Джованьоли. Фракиец понимает, что рано или поздно война должна закончится, и завершить её нужно с минимальными потерями. Решение разумное, если дать людям шанс разбрестись по чужим землям или вернуться на родину, растворившись за Альпами как утренний туман. Несмотря на тяготы, переносимые обеими армиями, и так ясно, которая из них лучше обеспечена пищей и экипировкой. Спартаку не нужна Пиррова победа. Чего не скажешь о Криксе и о примкнувших к нему в надежде сокрушить Рим. Но, как известно, возжаждавший мести должен рыть две могилы. 



Материала для цитат становится всё больше – верный признак того, что герои впадают в философское настроение во время краткого затишья перед бурей. Тяжёлое молчание на распутье, долгие взгляды и прощальный пир, где многие видят друг друга в последний раз. Так и выходит: для Агрона и Крикса битва за свободу отгремела. Сериал мгновенно осиротел. Конечно, злость на твердолобого галла за его нежелание прислушаться к голосу разума никуда не делась, однако сложно расставаться с персонажем, который был в истории с тех самых пор, как она началась. 

Ну а если абстрагироваться от личных переживаний по поводу скорбных итогов, то восьмой эпизод можно только похвалить. Как и ожидалось, к финалу действие и внутреннее напряжение набирает обороты подобно стремительно катящемуся с горы снежному кому. Серия зрелищная, насыщенная и яркая. Намеренная стилизация, схематичность, комиксовость картинки отлично отображают характер и атмосферу эпизода. Дальше, обещают создатели, эпичность будет только возрастать. Одного этого ещё, конечно, мало, чтобы завершить историю на достойной ноте, но до сих пор ДеНайт и компания старались нас не подводить.