Брошенный кролик — 04–07

Жизнь, которую проводишь в воспитании детей, равно наполнена как неожиданностями, так и неспешностями.



Прощальная вечеринка оказывается началом становления нового мировоззрения, и даже случайно подслушанные обвинительные разговоры бывших подчиненных уже не так беспокоят.

А вот обычный поход в детский сад за ребенком грозит открытиями. Например, открытием симпатичной матери-одиночки, с сыном которой сдружилась Рин. Кстати, времени прошло немало, и Рин уже выпускается из сада.

Вся серия проходит в волнительных и не очень подготовках к школе, походах на родительские собрания, покупках столов и рюкзаков, завязывании хвостиков (да-да, мой папа мне так же хвост завязывал первое время) и прочих суетах, включая краснения перед симпатичной женщиной. Тридцатилетние мужчины, слава ками, любят не только маленьких детей и других мужчин – в Японии не перевелись еще нормальные.

Кроме того, из письма дедушки Соичи мы также узнаем, что Масако Йоши – та самая мать-кукушка – на самом деле любила девочку, но по молодости лет не смогла справиться со своими новыми обязанностями.

Благодушный Дайкичи не может устоять перед шансом посмотреть на мать Рин и даже, может быть, спросить у нее, как она относится к дочери, и звонит по телефону, указанному на обороте письма.

А теперь небольшое отступление: признайтесь, вы явно не ожидали, что мать Рин окажется такой.

Какой? Правильно, молодой набирающей популярность мангакой. Такие дела – на сцене знакомства даже у меня случился диссонанс – не знаю, как там у японцев, но, блин, она же слишком молодая! А Кага Сойчи – такой старый! «Как, как она могла?!» – вот вопрос века.

Ладно. Возвращаемся к действию и разговору: в общем, молодой матери не хотелось думать о ребенке, потому что нужно было думать о карьере, хотя быть матерью хотелось и даже моглось. Но не получилось. Как она относится к Рин? Не знает, ведь она с самого начала старалась не думать о ней как о дочери. Такие дела.

Поведение женщины не понятно ни Дайкичи, ни мне. На прощание Масако просит Дайкичи дать Рин свою фамилию в школе, чтобы у девочки не было проблем.

Кавачи подходит к делу серьезно и сообщает о своем намерении сначала родителям, а потом и самой Рин. Однако самостоятельная девочка, которая плачет после полуночи, отказывается от новой фамилии, мотивируя это тем, что это имя ее отца и оно важно для нее.

Вот такое самостоятельно принятое решение – вслед за Дайкичи заливаемся слезами умиления.

Шестая серия посвящена памятным деревьям и примечательна парой забавных совпадений и общением Дайкичи с Коки.

В честь поступления в школу Дайкичи предлагает Рин посадить дерево – такая традиция существует у них в семье. Рин предлагает мушмулу.

Потом начинается скучный квест по поиску дерева Рин, ибо ребенок опечален, что получил собственное дерево только спустя шесть лет, а не с рождения, как это принято в семье.

Дабы спасти малышку от депрессии, Дайкичи даже встречается с Масако и узнает, что уже злополучное дерево таки посадил Соичи. В конце концов дерево найдено, и все счастливы.

Что до взаимоотношений с Коки, то с ним все понятно: ребенок растет без отца и поэтому не совсем понимает, как нужно вести себя. Дайкичи видит в нем маленького себя и периодически злится, но не критично.

В седьмой серии мы видим последствия второй – сестра Дайкичи, Харуко, ушла из дома вместе с дочкой, не вынеся сожительства со свекровью, и попросилась «на пожить» к кузену.

Такая завязка предвещает не только ситуации вроде «это не то, что ты подумала» для случайной встречи в магазине с так и не поименованной мамой Коки, но и мысли «если ты женщина, то должна быть сильной».

Как мы уже знаем, благодаря особому менталитету японки действительно чувствуют себя обязанными семье мужа, в то время как каждый энный муж работает не поднимая головы или работает не столь усердно, но все равно занят всем, чем угодно, но только не семьей. Такая ситуации существует не только в Японии, поэтому ничего удивительного тут нет ни для жителя Востока, ни для жителя Запада.



Тем не менее, несмотря на бунт, все заканчивается вполне по-японски: брошенный муж, будь он хоть трижды занят, все же возвращается за ребенком и женой. Экзистенциальные рассуждения в духе «тварь ли я или право имею на жизнь свободной женщины» разбиваются о быт, необходимость зарабатывать и все тот же менталитет.

P.S. На заметку: маленькие дети в сериале оказываются вполне себе самостоятельными и рассудительными, когда дело касается семьи. Хотя практика показывает, что для японских детей это нормально в принципе.