Полагаем, что главный постановщик «Чужого: Ромула» Феде Альварес знает самую уязвимую сторону своего фильма — подростки на месте главных героев. Это вызывает справедливый вопрос, мол, в чём прелесть сюжета про группу тинейджеров, бегающую по космической станции от ксеноморфа?
Режиссёр отвечает:
Моим первым порывом было сделать нечто новое и ранее не встречавшееся в серии — рассказать историю от лица персонажей, которые не учёные или профессионалы, а даже не взрослые. Мне нарвится концепция, когда на острие сюжета люди, которые ближе к зрителям в кинотеатрах. И дело не в возрасте — публика будет старше, но по уровню знаний правил поведения в космосе они на одном уровне. Когда персонажи во всём разбираются, они знают больше вашего. А когда им только исполнилось 20, они даже не понимают, как работает хренов воздушный шлюз.
И динамика отношений между ними иная — они не коллеги по работе, товарищи по службе или сокамерники… У них практически братские и сестринские связи.
Все их родители работали на одном корабле, когда они были совсем детьми, поэтому парни и девчата прекрасно знают друг друга. Их объединяет общая история, ведь другой семьи у них нет. Они действительно ведут себя, как суррогатные братья и сёстры; некоторые просто жили под одной крышей.
Тематически в фильме многое завязано на родственных связях. Подзаголовок к этому отсылает и общий сюжет про планы «Вейланд-Ютани» тоже имеет к этому отношение.
Ну и парочка свежих кадров. Сморите-ка, у кого-то есть импульсная винтовка:
Авторизируйтесь, чтобы оставлять комментарии: