Мерзлая земля

Режиссёру Скотту Уокеру, что называется, сам бог велел снимать «Мёрзлую землю» по книжке «Малобюджетный триллер для чайников»: явный прицел на видеоносители, скромный бюджет и мрачная фигура продюсера Фифти Сента, промышляющего плохими полицейскими историями на собственной студии Cheetah Vision, мягко говоря, не располагают к творчеству и режиссёрским открытиям. Погружённый в чтение вышеупомянутой книги, молодой постановщик разгуливал по съёмочной площадке, как вдруг неожиданно налетел на низко висящую табличку «Основано на реальных событиях» и, потирая ушибленный лоб, крепко задумался. Это столкновение и последующие раздумья вызвали в ленте необратимые метаморфозы, которые сделали из клишированного триллера про хмурых копов в заснеженном антураже нечто большее.

Снизив напряженность повествования до минимума и скупо отмерив градус драмы, Уокер полностью концентрируется на самом процессе расследования, попутно разыгрывая нехитрое моралите. Перед лицом Правосудия предстаёт Проституция, явление всячески порицаемое, и Добропорядочность — явление, приносящее пользу обществу, что приравнивается Правосудием к абсолютной невинности. Правосудию невдомёк, что Добропорядочность не прочь изнасиловать Проституцию и устроить ей забег по сугробам, а под конец ещё и угостить летальной дозой свинца. Да и будет ли это преступлением, если уж Проституцию столь сильно презирают, а?

Если посмотреть на «Мёрзлую землю» в этом свете, то становится ясно, почему она позволяет себе быть настолько посредственным детективом и вялотекущим триллером. Имя маньяка известно с самого начала, а процесс его поимки полностью замещён процессом доказательства его виновности. Единственная сцена «охоты» напрочь лишена динамики и всех сопутствующих атрибутов вроде пресловутого саспенса. А всё благодаря тому самому столкновению с табличкой.

«Мёрзлая земля» ни в коем случае не пугает, не тревожит, ей даже незачем интриговать – она исключительно иллюстрирует, отвечая на ряд режиссёрских вопросов. Этакий «бюрократический триллер», где говорится не столько об игре полицейских и маньяка в казаки-разбойники, сколько об изъянах уголовной системы и крепко засевших в ней предрассудках.

Здесь бы поставить «Мёрзлую землю» в один ряд с «Зодиаком» и благополучно успокоиться. А вот нет, слишком уж долго провёл Скотт Уокер в обществе вышеупомянутого талмуда. Время от времени ровное повествование разрывают неуместные погони и рудиментарные герои. Как оправдать наличие в сюжете хамоватого сутенёра, кроме как фактом, что в продюсерском проекте Фифти Сента у самого Фифти Сента должно быть небольшое камео? Из какого триллерного ада выполз громила-похититель, с которым связана целая череда эпизодов-клише? Разве по следам настоящего Роберта Хансена шёл «несгибаемый детектив» с личной драмой и лицом Николаса Кейджа? Все эти вставки с непременным «брось пушку» выглядят как тяжёлое наследие Cheetah Vision, настолько искусственно они смотрятся в ткани фильма.

Следующий сценарный промах уже нельзя объяснить продюсерским давлением или проклятием жанровых законов. Из специфики фильма, где детективная составляющая сведена к нулю, закономерно вытекает тесное взаимодействие детектива и убийцы с обязательными психологическими играми обеих сторон. Такой ход выглядит особенно целесообразным, учитывая наличие на этих ролях Кейджа и Кьюсака, на которых эти типажи сидят как влитые. Только вот Хансен и Хэлкомб до самого финала словно живут в параллельных измерениях: один — в мире умопомрачительных пейзажей Аляски, другой — в мире полицейской волокиты. А ведь могли бы не один раз столкнуть их лицом к лицу, как следует развить заявленную тему взаимодействия Правосудия и Добропорядочности, а потом ка-а-ак…

Увы, под покровом мёрзлой земли можно найти не только спрятанные тела жертв Хансена, но и закопанный талант режиссёра Скотта Уокера. Может быть, и фильм обо всех этих жертвах роковых обстоятельств — всего лишь зашифрованный крик о помощи самого постановщика? Остаётся ждать весны и надеяться, что его выкопает студия получше.