После великолепного прошлого эпизода нынешний смотрится как-то блёкло.

«Альдноа.Зеро» – странный сериал. Пожалуй, из всего летнего сезона он один сумел стабильно удерживать мой интерес к себе на протяжении вот уже десяти эпизодов. «Альдноа» я жду, обо всём остальном иногда просто вспоминаю. И всё же есть кое-что, что меня в нём сильно смущает. Хотя дело тут даже не в самом проекте, а в том, как его воспринимают.

So we sailed up to the sun
Till we found the sea of green
And we lived beneath the waves
In our yellow submarine

The Beatles, "Yellow Submarine"

Оставь надежды, всяк поклонник юри, — в сериалах от P.A. Works этого запретного плода как не было, так и нет. Сюрприз, родимые: буквоедка Сачи умудрилась признаться в любви одновременно двум людям — и девочке, и мальчику.

A вoт нoвый пpoмo-apт и oблoжкa cинглa c oпeнингoм:

Пусть третий сет весь такой решающий, но на пути к нему все успели притомиться: и игроки, и зрители. Чтобы помочь делу, авторы сериала порылись у себя в рукавах и достали оттуда несколько козырей – как старых, так и ни разу не использованных.

Тот случай, когда раннее наступление осени радует. Ибо летом эпизод мог бы побудить зрителей скрести кожу, даже если до просмотра ничто не чесалось.

Превью ещё оставляло какую-то возможность сомнений. Ан нет, всё верно: Денди отправился на свидание именно с ней.

Деревенская жизнь трудна и полна ужасов: то нагреватель сломается, то гопники в миниатюре (чёткие, дерзкие – но маленькие) быковать начнут, то каскадёрский трюк без дублёра выполнять придётся… Вдобавок перманентно действует на нервы неумолимый дедлайн.

Это птица? Это самолёт? Нет, это Супер-Базетт. Человек из стали.

Опасения – это такая неприятная штука, которая имеет свойство сбываться. Особенно если кое-кто сам лезет в змеиное логово. Словом, некоторым персонажам досталось. А другие отделались легче, чем могли бы. Но главное, наконец-то пролился свет на прошлое.

Всем знакома присказка «У нас в Рязани пироги с глазами – их едят, а они глядят»? Так вот, кой-какие японские города тоже могут похвастать неординарными кушаньями.

Ну что, это наконец случилось: Денди встретился со Спайком Шпигелем. Некоторым образом.

The Moon, she hangs like a cruel portrait
Soft winds whisper the bidding of trees
As this tragedy starts with a shattered glass heart
And the Midnightmare trampling of dreams

Cradle of Filth, "Her Ghost In The Fog"

Глядя на вечно хмурую физиономию Кагеямы, трудновато представить его в роли главного весельчака. Однако Его Величество сильно изменился за время отсидки на скамейке запасных.

Ах, бедная Токо! Кажется, ещё вчера её «фрагменты будущего» были мимолётными, редкими и в худшем случае нейтральными, а теперь несчастную девочку посещают одно видение за другим, причём отдельные негодники сильно смахивают на какой-нибудь ужастик вроде «Другой». Летящие прямо в лицо осколки стекла, снег посреди лета, странно себя ведущий парень — ну куда это годится?

Историческая справка: Базетт Фрага Макремитц была успешным охотником на магов на службе у Ассоциации. Отправилась участвовать в пятой войне за Грааль и стала оригинальным мастером Лансера до начала событий Fate/Stay Night. Но в результате действий следующего хозяина Кухулина сразу после призыва слуги лишилась руки с командными печатями и была оставлена умирать.

Милый добрый Сугавара заменил Кагеяму. И оказался страшным человеком.

Раз уж даже слайсовые, комедийные и научно-фантастические проекты отдали дань уважения фестивалю усопших Обон, «Театр тьмы» попросту не мог остаться в стороне. Такой повод для него, сборника короткометражных страшилок – практически дело чести. И сериал рассказал байку о том, почему в одной деревне люди радуются на похоронах.

Поставщики прислали для студии целый фургон веществ. Вдобавок розово-безотраженческо-рукоглазо-конфетной лентой его перевязали в качестве извинения за прошлые недостачи.

Шиничиро Ватанабэ одобрительно хмыкнул, заперся в означенном фургоне и до тех пор, пока сценарий для свежего эпизода не написал, – не вылезал. Он, как и авторы «Баракамона», передал привет августовскому японскому фестивалю, однако сделал это с размахом планетарного масштаба.

Эпизод под философическим номером восемь взялся за темы рождения и смерти.