Настоящая кровь

«Настоящая кровь» – явление на свой лад уникальное. Очередная история о любовных страданиях Героини и бессмертного Героя могла бы вызвать у рядового зрителя лишь приступ раздражения, если бы не виртуозное умение создателей сериала ловко смешивать в одном стакане дурно сочетающиеся компоненты. Нельзя сказать, что на протяжении предыдущих пяти сезонов Алану Боллу ни разу не изменило чувство вкуса – телевизионные гурманы неоднократно отмечали диспропорцию жанровых ингредиентов, однако даже им приходилось признавать, что финальный результат всё равно является диковинным коктейлем, а не сборной солянкой.

Не рекомендуем пить это коктейль залпом, ведь тогда вам не распробовать приторную сладость «Сумерек», явную горчинку «От заката до рассвета» и основную тему – дешёвый виски американской жизни с её ворохом социальных проблем. И пускай в богобоязненном Бон-Там вампиры живут на правах секс-меньшинств, при таком раскладе, даже чуждый авторских метафор зритель получает серию не виденных ранее зарисовок: «вампиры в политике», «вампиры и ксенофобия», «вампиры и чёртова официантка с телепатическими способностями». Ладно, последнее мы уже видели, ну так мы и желаем этой теме найти свой закономерный финал на дне болот Луизианы.

Весь этот богатый материал был израсходован в течение пяти сезонов разной степени качества, напрямую зависящего от правильной пропорции упомянутых компонентов. Планы на будущее не заставили себя долго ждать. Взболтать, но не смешивать? Алан Болл пожал плечами, поэтому НВО обратилось за помощью к другому бармену — Марку Хадису.

Видно, Хадиса тоже посещало странное ощущение, что последние два сезона он смотрит два шоу внутри одного: историю одного американского городка с маленькими трагедиями его обыкновенных жителей и вампирский эпик с тайными обществами и древними богами. Два сюжетных плана пришлось спешно приводить в состояние некоторой гармонии, что удалось новому шоураннеру с переменным успехом.

К середине шестого сезона все эпические замашки его предшественника с треском шмякнулись об землю. Великая миссия пророка Билла Комптона оборачивается скромными свершениями в духе «спасёшь чирлидера – спасёшь мир», а уровень величия и внушаемого окружающим ужаса у вампира из далёкого прошлого стремится к нулевой отметке. Зато Хадис и компания нашли великолепный способ не умножать поголовье сверхъестественных существ в кадре. Теперь они скрещивают между собой уже засветившихся!

Попытка уравнять в правах сюжетные планы привела также к увеличению процентной доли Бон-Тама. Душевные метания ветерана Ирака? Сделано. Борьба за власть в стане оборотней? Надуманно, но время заполнит. Растущие не по дням феи уходят в отрыв? Нет, вы это серьёзно? Если раньше создатели «Настоящей крови» утруждали себя хотя бы сведением всех далёких друг от друга линий в кровавом финале, то теперь каждая из них находит своё камерное завершение и теряет всякое влияние на общее повествование.

Да и о каком эффекте можно говорить, когда линия «вампиры в концлагере» (Алан Болл нервно вздрогнул) перетягивает на себя всё зрительское внимание? Возвращение к формуле первых сезонов выглядит до гениальности тривиальным – оставить всех харизматичных кровососов в замкнутом пространстве и наблюдать. Глядя на очередную сцену из лагерной жизни, сразу становится ясно, куда ушли все сценарные ресурсы.

Среди других находок сезона нужно упомянуть Рутгера Хауэра (упомянули) и сомнительное достижение, которое ранее покорилось только «Остаться в живых» – отныне все группировки поклонниц определённых экранных пар получили по вкусной косточке. Никаких параллельных реальностей, только любвеобильность главной героини.

Шестой сезон мог бы стать хорошим завершением всего сериала, однако новость о продлении, в очередной раз, свидетельствует об отсутствии у НВО чувства меры. Вернуть сериал на прежний уровень в этот раз удалось, но за успешным возвращением больше не видно будущего потенциала. Может статься, что откупорив в следующем году бутылочку «Настоящей крови», бледный и оголодавший зритель отложит её в сторону и отправиться на поиски живого аналога. Редкий случай, между прочим, – сериал превращается в свой собственный суррогат.