Охота на монстра

Китаю надоело, что на его национальном колорите пасутся всякие лаовайские «Кунг-фу Панды» и прочие «Мулан». Он взял дело в свои руки. Склепал откровенно эпигонского «Кунг-фу Кролика», обратился к классике в «Царе обезьян», соорудил ещё охапку фэнтезийно-историческо-юмористических картин, а теперь раскачался аж до уберблокбастера (у себя дома «Охота на монстра» стала чемпионом бокс-офиса всех времён). Ну недаром же режиссёр Раман Хюи ставил «Шрека Третьего» да короткометражки по «Коту в сапогах» и пресловутому «Кунг-фу Панде»! Набрался опыта.

Увы, анимационный опыт порой выходит боком: здесь-то не мультфильм, а сочетание игрового кино с 3D-графикой, и мультяшные повадки (гипертрофированные эмоции, неестественные жесты) у актёров-людей смотрятся странновато. Словно лицедеи того и гляди отхватят премию «Золотой раджа» от соседнего Болливуда. Парадоксальным образом компьютерные герои получились живее реальных. Особенно тот самый монстр, на которого объявлена охота. Говорить не умеет, выглядит как дайкон — а поди ж ты, умиляет с силой десятка котиков (или щенков — если вы, как и одна из героинь, предпочитаете барбосов).

Кстати, о трогательной живности. В Китае много торговых площадок, похожих на наш «Птичий рынок»: кругом птахи, зверушки… вот только их покупают не как домашних любимцев, а как ужин. Или обед. Словом, не для эстетического, а для пищевого удовлетворения. Именно в Азии возникла присказка «Мы едим всё, что летает, кроме самолётов, и всё, что на четырёх ногах, кроме столов и стульев». Причём особо тонкие ценители трапез демонстрируют чудеса изощрённости. Одно из элитных китайских яств — мозг живой обезьяны: берётся примат, фиксируется в тисках и подаётся к столу. Вместе со специнструментами. Доктор Лектер, плотоядно облизываясь, передаёт привет.

К чему кулинарный экскурс? К тому, что фильм, даром что грешит штампами и наивностью, кой-какие ситуации ставит с ног на голову: здесь не монстры жрут людей, а наоборот. На монстров охотится девушка, а шьёт, стряпает и даже беременеет — парень. Да и король монстров выглядит не так, как ожидаешь от обладателя столь громкого титула.

Впрочем, постояв на голове и весело подрыгав ногами в воздухе, ситуации переворачиваются обратно или хотя бы компромиссно укладываются на бок: один монстр пьёт человеческую кровь (но ухитряется делать это мило), монстры-вегетарианцы малочисленны; а хромой хранитель домашнего очага, которого шпыняли все женщины, включая родную бабушку, вырастает-таки в героя.

Фильм не новаторский. То тут, то там возникают ассоциации: вспоминаются и сцена рождения инопланетного «кальмара» из «Людей в чёрном», и «Кто подставил кролика Роджера», и лиса Алиса с котом Базилио, и представители жанра «уся» скопом, и даже «Дисней». Последний — не из-за высокого уровня (пока), а из-за семейных тем и музыкальных номеров с песнями-плясками. Конфликты тоже незатейливы: скажем, злодейское кредо со стороны людей звучит как «Рано или поздно каждый монстр окажется на кухне», а злодейское кредо со стороны монстров — «Рано или поздно монстры захватят весь мир». Тем временем протагонисты пытаются решить для себя, что важнее — нажива и месть или симпатия и дружелюбное сосуществование. Проблема поедания живых существ не остаётся в стороне: герой прямо говорит, что у коров могут быть чувства, и рискует собственной жизнью ради проданных в ресторан монстров, а шеф-повар цинично приказывает замариновать чудищ, выглядящих точь-в-точь как человеческие дети. С вегетарианцами фильм звучит в унисон. Некоторые феминистки тоже останутся довольны. Но в первую очередь лента ориентирована на семьи с детьми и молодёжь: осью вращения событий является младенец, из-за которого постоянно случаются бытовые стычки и магические побоища.

Такими темпами лет через десять компаниям «Дримворкс» и «Дисней» придётся закупать пластыри фурами — заклеивать свои пятки, на которые будут наступать умельцы из Поднебесной. А может, пластырная нужда возникнет даже раньше — у «Охоты на монстра» явно напрашивается сиквел. Да, пока семейные фильмы, на которых красуется бирка «Made in China», выходят с переигрываниями, клише, аляповатостью, непривычной для западного зрителя спецификой. Однако они уже вполне могут растрогать и развлечь.